Соломенная вдова собралась замуж, и вдруг…

Может, я неудачно пошутил, извините.

– Я стоял недалеко и ничего похожего не слышал, – заметил сержант, первым заговоривший со мной. Показал на коллегу: – Он по – молодости пошутил неуклюже и всё.

– Больное воображение дамочки, – продолжал тот, что ударил меня.

Я отогнула ворот платья.

– Показать, как разорвал мне платье, полез в трусики? Не признаешься – сделаем отпечатки пальцев, – накинулась я. – Три бугая на хрупкую женщину. Где теперь ваша храбрость? Будете и дальше петь о шутке?

– Никаноров, имей мужество признаться, – с сочувствием к насильнику, сказал полковник.

 – Нашкодил, держи ответ.

– Тимофей Васильевич, хмель в голову ударила, признаюсь. Выпивши был, не помню, что делал.

– Выпивши на дежурстве, – повторил полковник.

– Товарищи тоже не помнят? – спросил майор, продолжая записывать. – Понимаете, какая статья вам светит за попытку группового изнасилования?

– Никакой попытки не было. Наговор! – возмутился сержант, что до последнего сидел в машине, а когда вышел, остановил младшего сержанта.

 – Болтовню выпившего принимаете за попытку изнасилования.

– Конечно, пострадавшая наговаривает. А почему не оказали помощь женщине, обратившейся к вам?

– Бросили одну на пустыре ночью. Не позволили позвонить, не отвезли в отделение. Тоже наговаривает? Может, вы ее и не видели? – спросил капитан из Управления собственной безопасности, что встретил нас с Николаем.

– Виноваты, товарищ капитан. У общего друга день рождения, уговорил выпить за него, дежурство заканчивалось, и не устояли.

Виноваты, чего уж говорить.

Они продолжали оправдываться, объяснять, что молодой сержант шутил, а я не так поняла, двое других вообще не причем. В итоге полковник с разрешения майора отправил всю троицу протрезвляться и принялся уговаривать меня не писать заявления.

– В милиции им больше не работать. Сегодня будут уволены. Доказать факт попытки изнасилования вам будет трудно. Их трое, вы одна.

Подумайте об их судьбе. Парни молодые, попадут на зону, знаете, как там встречают насильников! А уж ментов… Пожалейте!

– Полковник, не давите на потерпевшую! В любом случае факт попытки изнасилования во время несения службы, скрыть не удастся, – остановил его майор.

Меня усадили писать заявление. Ничего путного не получалось. Николай взялся помогать, к нему присоединились капитан и майор. Четыре раза начинала и рвала, на пятый что-то получилось.