Фрагменты сердца

Звезд он не хватал, но правильная линия жизни позволяла довольно легко жить и без больших потрясений. Мама была особенной женщиной, все в ней была создано и соткано мягкими нитями, бархатный голос, она никогда не повышала голос, любила смех, пела, когда была возможность и двигалась так проворно, словно лань грациозно и мягко. Родители любили его, Души не чаяли, у него было замечательное детство, и он с благодарностью относился к ним и семье, где царила гармония.

Утром Артем захотел поделиться своим открытием, своим секретом, увидеть ее и возможно помочь ей.

Невероятное ощущение радости и наполненности охватило его, он как бы стал больше, мудрее, взрослее. Ему вдруг стало все понятно, каким-то образом он понял, в чем смысл жизни, он вскочил с кровати, как капитан в своей каюте, чтобы выбежать и крикнуть в соленый воздух океана, что я живу, я здесь и всем сердцем обнимаю эту бесконечность и глубину. Теперь где-то там внутри он знал, что делать, не знал, как, но знал, своим дыханием, своим телом, душа как будто подучила крылья и новое перерождение, он стал собой, и он как будто открыл потаенную и сокровенную дверь. Я это я подумал и выбежал в этот мир, вдруг ставшим таким родным и большим, все дороги открылись ему.

Когда он ложился спать, перед сном он вспомнил и думал о двух событиях – встреча с Викой и предчувствие похода. Ему рисовались яркие краски, вспоминалось запах и образ девушки, затем новые места, горы и леса, новые впечатления и новые места, ужин у костра, звездное небо, шум потока реки.

в таком сладостном упоении он погрузился в сон.

Завтра был снова рабочий день, обычные будни, и он уже ввел отсчет до похода, оставалось всего-то 2 дня. И почему- то он ловил себя на мысли, что все события начинают складываться в единую картину, где все на своем месте, и все в свое время.

Между тем, лето вступало в свои права, и весеннее настроение постепенно закреплялось жаркой погодой, и длинными днями и короткими ночами.

За день до похода он видел сон, он сидел у костра и все уже спали и он уже почти заснул, как в дремоте он как бы вышел из тела и огонь тоже вырвался из костра и окутал его своим дыханием. Дыхание огня было мягким и волшебным, что-то лечебное было в этом. И вдруг огонь заговорил с ним, но не языком слов, а как будто сердцем, он не запомнил, что было сказано, но он принял все это телом, душой.