Спасти душу человеческую

Помню, мать долго уговаривала отца остаться с нами. Но он был непоколебим. В день отлета мы все, конечно, оказались в аэропорту. Все были грустны, предчувствуя долгую разлуку. Посмотрев на меня перед отлетом, папа улыбнулся и сказал:

– Сынок, не обижайся за тот удар. Я туда поеду и куплю все, что нужно: мопед, лучшую одежду… Все, что ты хочешь, куплю!

Отец заглядывал мне в глаза в надежде, что я его прощу… В глубине души я и сам чувствовал, что виноват, обозвав его сиротой, но вида по-прежнему не показывал.

Я просто стоял, как вкопанный. Было заметно по глазам папы, что он прячет за улыбкой свою грусть. Наверное, от тяжелого сиротского детства и непростой взрослой жизни, да и я все время канючил: «Хочу то, хочу это, почему мы бедные?»

Вот только я тогда этого не понимал. А отец не мог себя простить, что ударил меня, ведь когда-то он дал себе обещание в детском доме, что никогда не будет бить своих детей.

Папа, в последний раз заглянув мне в глаза, прослезился и обнял сильно… Затем, похлопав меня по плечу, он сказал:

– Прощай, сынок, береги маму!

И стало мне в тот момент не по себе от сказанных слов…

Вдруг мама приблизилась с братиком на руках, мы обнялись вчетвером… Объявили посадку, отец собрался с силами, повернулся и пошел… Мы долго смотрели ему вслед, но мама не выдержала и побежала за ним с маленьким Ринатом на руках… Папа словно почувствовал и обернулся весь в слезах.

Они крепко обнялись, – у меня даже потекли слезы…

Отец начал присылать деньги уже спустя месяц после отъезда в США.

Конечно же, мы радовались, что теперь будем жить в достатке, он писал трогательные письма матери (обычно он называл ее «дорогая», а когда сердился, то звал официально по имени – Лейла):

«Дорогая моя! Я знаю, что никогда не забуду наш последний вечер… Я сильно скучаю…, Извини, что мы иногда ругались, ведь это перестройка во всем виновата, она раздавила наши чувства. Оказывается, быт съедает многое, но я люблю тебя, несмотря ни на что.

Спасибо, тебе за все, дорогая, за то, что ты переносишь со мной тягости жизни! Ты та, ради которой я преодолевал бы любые жизненные преграды…

Как Ринатик, как у него здоровье? Чем занимается? Тебя слушает? Вырос, наверное, уже? Как там Давид, не обижается на меня? Он, наверное, рад, что ему все купили…

Детям привет передавай, скажи, что я их сильно люблю. Лейла, не балуй их там, хорошо?

Как приеду в штат Иллинойс, обязательно напишу. Твой Ибрагим».