Социопаты

– Не думаю, что моя жизнь может зависеть от чьих-то представлений о ней! – Даниэль был возмущён, – Никто не знает, как стоит жить другому, так что давать советы – слишком глупо, если, конечно, не удалось побывать в шкуре того, кому их раздаёшь. И разве, говоря о рамках и законах, говоря о том, сколько боли они приносят, ты не обманываешь себя, не преступив их? Разве ты не обманываешь своё собственное счастье в угоду чьей-то морали?

Лена глубоко вздохнула и закатила глаза. Даниэль действительно был ей симпатичен, но понять, как можно так громко, без тени стеснения, заявлять, что готов поступиться моралью себе в угоду, кричать об этом, стоя на улице? «Совсем как ребёнок, – подумала Лена, чувствуя лёгкие признаки головной боли, – Эгоистичный подросток почти тридцати лет.

Студент театрального ВУЗа». Решив не спорить, она ещё раз улыбнулась ему. Устало, почти бесцветно.

– Мне правда пора ехать, – сказала Лена, – Спасибо за вечер, Даниэль.

IV

УНЫНИЕ

Наверняка каждый хоть раз сталкивался с таким пороком, как уныние.

Можно смело назвать его пороком, ведь грехом признаётся ближайший родственник уныния – леность. А раз уж мы затронули тему порока и греха, позвольте мне объяснить, в чём их отличие.

Грех проявляется систематически. Это то, от чего человек жаждет отказаться, но, оказавшись не в силах из-за окружающих его обстоятельств, возвращается в отправную точку – снова и снова. Порок же заложен в нём, как некий ген, и со временем он разрастётся, прогрессируя, порабощая.

Побороть порок куда сложнее, чем избежать грехопадения, и оттого радость победы над ним слаще. А ключ к победе над унынием лежит на поверхности, но для начала стоило бы разобраться, что из себя представляет этот сложный, упорный сорняк.

Уныние – это апатия, это пассивность. Попросту – это потеря смысла собственной жизни. Вот человек: он недоволен тем, что имеет, и потому начинает роптать на судьбу, считать свою жизнь никчёмной. И как же часто люди ищут смысл в праздном образе жизни! Рестораны, бары, походы в театры и магазины в конце концов надоедают.

Таким развлечением можно заполнить внутреннюю пустоту, но ненадолго, на незначительный, мизерный отрезок времени. И, как только ощущения, оставленные просмотром очередного нелепого спектакля, забудутся, внутри опять появится пустота. Перед нами всё тот же человек, недовольный тем, что имеет.

Наслаждения исчерпывают себя. Хороша остаётся лишь новизна, но то, что случается часто, приестся.