Аул без воды. Повести и рассказы

И глядя на то как он листал дневник своего сына, думал, кто же больший бандит: человек передо мной с тремя ходками или законопослушный директор школы?

Власти Казахстана неоднократно объявляли школьные поборы незаконными, но они все равно продолжали – и, вероятно, и по сей день продолжают иметь место.

Через неделю Арсена взяли за разбойное нападение, слышал, что его приговорили к десяти годам лишения свободы.

С тех пор я больше его не видел.

Кроме этого случая

День близился к концу, на часах шел шестой час вечера.

Редакция небольшой газеты, в которой я работал, расходилась после пяти. И мы оставались в офисе вдвоем с редактором. Был он мужиком взрослым, лет под шестьдесят. Мне же еще не было и двадцати пяти и потому, я любил послушать рассказы из его молодости или даже просто мужские жизненные советы.

Зазвонил телефон и я поднял трубку. Звонила женщина. Слабым голосом она стала жаловаться на то, что врачи не выписывают ей необходимых для лечения лекарств и просила приехать к ней корреспондента, так как она хотела пожаловаться на медиков в газету.

Признаться, мне под конец рабочего дня куда-либо ехать совсем не хотелось. За окном было лето, вечер обещал быть погожим, и оттого я с вялостью и неохотой рассказал редактору о том кто звонил и почему.

– Ну, съезди, – попросил тот с намёком, что мол, вряд ли что может быть серьёзного под вечер.

И я поехал по адресу. Вошел в подъезд, пробежал на нужный этаж. К моему удивлению, дверь в квартиру была приоткрыта.

– Есть кто? – заглянул я внутрь.

– Входите, – раздалось из дальней комнаты.

Неуверенно, я прошел на голос. В одной из комнат, в постели лежала пожилая женщина. Вид у неё был больным.

– Это я вам звонила. Хотела пожаловаться на то, что мне не хватает обезболивающего, которое выписывают врачи, – сказала она дрожащим голосом. И тут же ее слова прервались криком. – А-а-а, – закричала она.

Мне стало не по себе, потому как я понял, что вероятно, она была больна серьезно, раз её донимали такие боли.

– Давно вы больны, – начал я издалека.

Женщина мне рассказала, что болеет уже продолжительно. Оказалось у нее была последняя стадия рака. Услышав это, я оробел. Впервые перед собой я видел обреченного человека. Дух мой поник и я совершенно не знал, что делать.

Я спросил есть ли у неё дети и та ответила, что у неё есть сын, который жил в соседнем городе. Больная стала мне рассказывать о своей молодости, о своей жизни.