Аул без воды. Повести и рассказы

И потому с наступлением темноты было решено идти в актовый зал. Сколько мы вытащили противовесов – трудно сказать, но руки о железо мы поистерли себе капитально. Уж очень тяжелыми были они. К ночи мужик объявил, что металлолома достаточно – кузов машины был раздут так, что не было места.

На следующий день мы получили расчет – тринадцать тысяч. И у нас появилась гитарная приставка. И музыка наша сразу стала звучать в разы красивее. Радости нашей не было предела.

***

А через пару дней к нам нагрянула полиция! Вся наша банда оказалась в участковом пункте.

Как это ни было странно, но заявителем в наш адрес оказался тот самый мужик – именно он указал что, как и когда мы выносили из Дома культуры. И сдал поголовно всех: и нас, и Толика, и даже самого себя.

Конечно, мы оторопели! С дуба что-ли рухнул? Не тронулся ли часом? Зачем заявлять-то на самого себя? Но все оказалось проще. Мужик сдал металл на сумму гораздо большую чем тринадцать тысяч. В том числе и тот самый кузов легковушки, который оказался вполне пригодным.

На радостях он подался в пьянство. И так допился, что по белой горячке ему привиделось, будто мы собрались идти с жалобой на него в полицию. И решил совершить стратегический маневр – заявить на нас первым.

Чем дальше шло дело, тем безумнее оно становилось!

Конечно, в полицейский участок немедленно был вызван директор Дома культуры. Весь день нас мурыжили вопросами. Полицейские крутили и так и сяк, но толком ничего выудить не могли. Мы стояли намертво: ничего не брали!

А мужик, сидевший тут же в участке никак не унимался: «Да, как не крали? Вот ты доски пилил, а ты – «улитку», ты трос привязывал.

Но как ни пытались менты слепить дело, ничего у них не вышло. А под конец и вовсе выяснилось, что ни «улитка», ни противовесы не числились в документах. А нет документа – как известно – нет и предмета. И тут директор ДК смекнул что к чему и строго наказал участковому кончать балаган.

– Кто мне будет по праздникам на площади играть? – вдруг закричал он.

 – Ты что мне статистику портишь? Где я ансамбль новый найду?

Поведение директора объяснялось тем, что на дворе стояла разруха. А начальство из облцентра требовало проводить культурную работу с населением. А какой бы мы ни были группой – но, все же были ею. И у директора в журнале работ числился хоть и один, но всё же – целый вокально-инструментальный ансамбль! Потому он и занял нашу сторону. На том дело и кончилось. Нас отпустили домой. А приставка работала долго.