Душа молчать не может. Стихотворные записки

Жжёт сердце, душу беспокоит

Мечта моя – поэтом стать.

Я принимаю жизнь изгоя,

Творить, творить, творя страдать!

Дул ветер…

Дул ветер душевной тоски…

Ни слова на лист! Ни строки!

Вздохнул… и «пропал» в огороде.

Лопатой «писал» как умел.

Ведь, я из крестьянского рода,

А «грядки стихов» не удел!

И только, на склоне заката,

Услышал я голос строки:

«То вы «виноваты»: лопата

И две, все в мозолях, руки!»

    1975 год

Не все…

Не все мои строчки,

Поют и звенят.

Не все мои строчки

В обнимку стоят.

И пусть запятые,

Теснят мысль-порыв,

Меня обнимите!

Я молод! Я жив!

Ах, верю меж строчек,

Поймёте меня,

Вам мысли звоночки

Звенели, друзья?

    1975 год

Кровоточат строчки…

Кровоточат строчки. Цвет их алый…

Это впились критика ножи?..

Что ты строчка милая молчала?

Ты не медли – срочно расскажи.

Эх, поэт, живей бери лопату,

Критика ножи не виноваты.

Вот земля – испей труда усладу,

Как твой прадед, думай у сохи;

Впереди заветная награда:

Выкопать достойные стихи.

    1975 год

Ранним утром…

Ранним (поверьте!) утром

Слышу задорный свист.

Он взбудоражил сердце:

«Ты принимаешь стих?

Только без ризы-рифмы,

Беглый, из высоты?

Или отвергнешь снова:

И не внесёшь в листы?»

Потому…

Слыть ремесленником слова,

Ради славы,

не хочу!

Потому за звонкость слога

Сединой,

как все, плачу.

    1963 год.

    *

Анапскому поэту, другу Володе Бухарову

Звёздная пыль осядет

В книгах твоих стихов,

Новая мысль воспрянет —

Будет молитвослов,

Станешь молиться новым,

Терпким, как мёд, словам,

Да посещать толковый

Русский словарь, а там…

Общем, чеканить! Знаю

Труден лиричный стих,

И потому желаю

Славных стихов, крутых!

    1980 год

Забота-телега…

Отгремела забота-телега,

Растрясла на подушку мне сны…

Вдруг зевнула постельная нега,

На портрет, потускневшей Луны.

И, опившись хмельного настоя,

Он спирты набирал при Луне,

Захмелела душа не покоем,

И айда на работу к Весне.