Cемьи любят петли

Как выяснилось, не только мне приглянулся этот замечательный куст для укрытия. Здесь уже была Кристина. Моя радость теперь сама куда-то убежала. Без меня. Какая она непостоянная и ненадежная. Получается, раз мы сестры, то нам нравится один куст из всех рядом растущих, что ли?

Кристина испуганно на меня взглянула, присев на корточки, чтобы ее светлую голову не было видно среди зелени. То же самое сделала и я. Между нами повисло молчание. Я не знала, честно, что нужно говорить человеку, с которым мне нельзя было общаться.

Она тоже не произносила ни слова. Только изредка посматривала в мою сторону и водила сломанной веткой по земле. Никогда еще я не хотела, чтобы меня так быстро нашли. Мне даже пришла в голову идея выйти и сдаться, но почему-то стало жаль тогда Кристину. Я была готова немного подождать и потерпеть общество Кристины, нежели заставлять человека чувствовать себя ненужным. Мы просто стали ждать, когда нас найдут или прозвенит звонок. Нашу тишину в кустах нарушил прерывистый голос бежавшего Каченцова:

– Па-вел Ар-кадь-евич! – пытался он говорить во время бега.

 – Я посчитал деревья – их ров-но одиннадцать! Мож-но я не буду бежать еще один круг?

– Ты уверен? – крикнул он с сомнением. – Ничего не пропустил? Всё же еще один круг давай сделай и будь внимательней! Прибавь темпа! Прибавь, давай! – выкрикивал физрук, смотря на свой секундомер.

Расстроенный Каченцов начал еще интенсивнее размахивать руками. Будто это могло ему помочь в беге.

Перестав обращать внимание на запыхавшегося Каченцова, Павел Аркадьевич, отвернувшись, что-то увлеченно рассказывал стоящей рядом Марье Сановне.

– За что это ваш физрук заставляет бегать этого парня? – спросила тихо Кристина.

Я думаю, она и сама не поняла, как озвучила свой вопрос.

Уходить я не хотела и не отвечать я тоже не могла, потому что тогда она также почувствовала бы себя одиноко.

– Слишком много умничал, – проговорила я, просто констатируя ответ, не продолжая разговор.

– Ааа, – произнесла Кристина, опустив голову. Она вернулась к вождению веткой по земле. Мне показалось, ей было стыдно за неожиданно начатый разговор.

– Я… слышала, что Марья Сановна – очень хорошая учительница… это так? – спросила я, понимая, что если продолжу задавать вопросы, может получиться разговор, а где разговор, там всегда может зародиться дружба.

Кристина удивленно на меня посмотрела, прекратив свое занятие.

– Правда.