Философия любви

Нравится встречать мне утром зори,

провожать их тихо в вечера.

По сердцу пейзаж осенний.

Днями,

что неделями меняют цвет.

С увядающими вмиг цветами,

для чего причин как будто

нет.

В изменяющейся цветогамме

кроется безжалостный объём

опадающей листвы.

Верхами

не галопом мчимся, а бредём

по поверхности стихии света,

к нам летящей из Вселенной звёзд

расшифровкой песенных приветов,

словно капельками

в небе слёз.

Испаряются в заре востока,

начиная новый день, мечты.

Под крылом течёт река истока,

что прекрасно видно с высоты.

Затуманилась

По-осеннему в печали острой

затуманилась святая ширь.

Остаются на Душе коросты

за такую участь,

светлая Сибирь,

ты покрыта горечью и пеплом –

временным безволием судьбы.

Вид открылся, он великолепен

из окна исчезнувшей

избы,

а в него влетела панорама,

неизменная с тех пор она.

И луна, как будто купол Храма,

радует, привидевшись, меня.

Ты была когда-то ссылкой многим

лучшим людям бешеной страны.

Грабят все тебя, Сибирь,

в итоге.

Сломаны те судьбы без вины.

Нищие мы, но не Святым Духом,

помогает что нам

выживать.

Полнится пространство новым слухом,

что выходим зло мы побеждать.

И швартуется

Осень в увяданье хороша!

Цвет меняется за ночь одежд.

Происходит осенью спеша

и лишает всяческих надежд.

Лист срывается, кружится с кроны,

стелется на землю он ковром.

И не каркают, кричат вороны,

и швартуется к зиме паром.

Гонит ветер волны по протокам,

гнёт он ветви до земли легко.

Возвращаемся к своим истокам,

хоть они теперь так далеко.

Тут стояла деревушка в счастье,

с берега глядела летом в Обь.

Извели родную вскоре власти,

в счастье не жили бы люди чтоб.

Место заросло с тех пор бурьяном,

всюду заросли шумят кустов.

Как прозрачно было здесь утрами,

вечерами истинных стихов.

Светят огни

С дровами что за холода?

Пускай свирепствует зима.

Затопим печи – и тогда

тепло, как летом, у меня

мозги не мёрзнут, и в пимах

иду по снегу под закат,

и, потеряв к морозу страх,

с дровами, и ему я рад.

Пусть свирепствует на поле

за окном моей избы.

Разгуляться где на воле,

может, без, с огнём борьбы.

Холода в Сибири крепки,

нам привычные они.

И шагаю я под кепкой,

светят фонарей огни.

В круге свет, за кругом темень

и метель метёт снега.