Избранное

 – Но теперь гляжу на это иначе. Ведь я даже советуюсь с ним.

– О чём?

– Как мне жить дальше.

– И что?

– Всё хорошо. Советы он даёт верные.

– Ой, да читала я про такое! – усомнилась и другая подружка. – Галлюцинация это!

– Нет! Это наяву! Я чувствую его! Вот как вас сейчас! – рассердилась Ольга и ущипнула за бока обеих подруг. – А ещё, если хотите знать, меня стало подташнивать!.. – выложила она в сердцах свой главный секрет.

– Ерунда, тебе просто нездоровится. Сходи в больницу.

– Не надо в больницу! Лучше пойди к знахарке!

Стали советовать подруги, не веря её словам.

– Отстаньте! Мне лучше знать! – с обидой отвернулась от них Ольга и резво зашагала домой, вызывающе покачивая крутыми бёдрами.

А через полгода она уже гордо носила большой, округлый живот. И когда пришло время, родила здорового горластого малыша, очень уж походившего на её погибшего от грозы мужа.

Британские рассказы

Вегетарианец

Настоящим другом человеку в трудную минуту может быть не только другой человек, но и существо «неразумное», с точки зрения самого человека.

Распознав это однажды, человек разумный готов пойти на большие жертвы ради существа «неразумного».

Эту необычную историю о любви человека к животному я услышал в лондонском пабе* от эмигранта по имени Вячеслав.

Высокий, рыжеватый Вячеслав был медлителен и скорее походил на британца, нежели на россиянина. Он всем показался по меньшей мере странным. Мало того, что он не пил ничего крепче пива, не выносил табачного дыма, заменял все бранные слова одним-единственным словосочетанием «козья морда», он ещё, вдобавок, был вегетарианцем.

Для западных европейцев это обычное дело, но для восточных, любящих выпить крепенького, закусить жирненьким и между делом ввернуть смачное словечко, такие привычки казались подозрительными. Особенно всех раздражало, что он не ел никакого мяса. И за такое неуважительное отношение к богатой белками пище, дающей мужчине так ценимую женщинами силу, уверенность и даже некоторую дерзость, Славику пришлось держать ответ перед разгорячённой публикой.

– Дело было в казачьих краях – на Кубани, жена моя родом оттуда, – с неохотой начал Славик издалека. – Познакомились мы с ней ещё в перестроечные времена во Владивостоке. Оба в море ходили на одной и той же посудине – она радистом, а я судовым электриком. Всё вроде бы складывалось хорошо – душа в душу жили, так нет же!..