Не все переплывут реку

Налил всем по стопке, и выпил первым, как всегда.

– А Миша где же? На работе, или гуляет, – Ивану не терпелось увидеть друга.

– Мишки нет, – тетя Маша многозначительно посмотрела на него. – Он на БАМ уехал, по комсомольской путевке. Пишет, хорошо устроился, работает, жениться вот надумал. В отпуск обещался приехать вместе со своей невестой, тоже Мариной зовут.

– Вот это да, – только и нашелся, что сказать, Иван. – Давно он уехал-то? Я не знал. Написал ему письмо как-то, из Киева, он не ответил.

– Читали мы твое письмо.

– Чего же вы плачете? Радоваться надо, – Иван ничего не понимал. Только теперь он увидел, как постарел дядя Вася. Чуб его совсем поседел, и сам он весь сгорбился.

У тети Маши из-под платка выбивались седые космы, склеротический румянец на лице, полубезумные глаза, и улыбка, только теперь вместо золотых зубов она обнажала красные десна с гнилыми корешками зубов.

Они молча выпили еще по стопке водки.

– Ты закусывай, Ваня, а то спьянишься еще, чего доброго.

– Вы мне его адрес дайте, я письмо напишу.

– Сейчас принесу, – тетя Маша, кряхтя, поднялась, и заковыляла в комнату. Она как будто вся сдулась, и из дородной, величавой женщины превратилась в скрюченную, старую развалюху. – Вот, держи. Это его адрес. Можешь написать ему. Он часто вспоминал тебя, скучал. Рассказывал, как вы работали вместе, гуляли.

Иван схватил адрес, который оказался фотографией, и увидел на ней своего друга, Мишку. Весь при параде, в новом костюме, белой рубашке с бабочкой, он лежал в гробу, скрестив на груди такие знакомые до боли, большие пухлые руки. Лицо его было так же отечным, но спокойным и слегка удивленным, словно он заснул ненадолго, и вот-вот проснется, и улыбнется всем своей жизнерадостной улыбкой.

Сказать, что Иван был ошарашен, значило, ничего не сказать. Он был раздавлен увиденным. И тупо смотрел на фотографию, оцепенев.

– Пил много в последнее время. А тут пошел на танцы в ДК, с друзьями, подрались с местными, там и получил чем-то тяжелым по голове, – рассказывала тетя Маша, а дядя Вася кивал головой, подтверждая, и скрипел зубами, сжимал кулаки.

– Пришел домой, лег. Потом говорит: мама, вызови скорую, голова болит, нет мочи. Увезли его в больницу, ночью, а утром он умер. Как раз, в день своего рождения. Недавно сорок дней было, поминали.