Партия

Ни на кого не глядя, Лена взяла со стола яблоко и вышла прочь.

Дверь, всегда так плотно закрывающаяся в старых зданиях, открыла просторную комнату. Здесь, за довольно широким столом, сидели люди, кто в спецовке, кто в спортивном костюме. Они играли в покер, варили пельмени в чайнике и просто отдыхали. В углу стояла Лена, она сняла чайник с электрической подставки, высыпала пельмени в большую тарелку и приветливо показала на стул:

– Садись, пельмени будешь? Тогда давай чай пить. Только прокипячу разок, чтобы пельменного привкуса не было.

– А ты знаешь, я смотрел по телику передачу о том, что есть такая кухня, в которой могут, например, лимону придать вкус свинины.

– Да брось ты! Хотя чай и кофе со вкусом мяса я часто пью.

– Ага. А ты представь беднягу повара, мусульманина, который всё, к чему бы ни притрагивался, обращал в свинину, как мифологический царь Мидас, превращавший предметы в золото и умерший от голода.

Саша сел за стол, и Лена налила ему крепкую заварку пополам с кипятком. Когда она наливала жидкость, у неё непроизвольно чуть открылся рот и локон непослушных волос выскочил из-под платка-банданы.

Лена любила в свои двадцать три всё молодёжное – малиновые кеды, шапки хип-хоп, причём на ней это не выглядело странно, наоборот, как нельзя лучше подходило к её весёлому, взрывному характеру. Парень смотрел на неё, не отрывая масленого взгляда. Она это заметила, и кончики её губ приподнялись, как будто завившись в улыбке.

– Вот вам! Ни фига себе! Это как! – раздались восторженные голоса играющих.

– Лен, после того как ты его бутылкой жахнула, он теперь только выигрывает, может, и меня долбанёшь? – спросил молодой ухарь с красивыми наглыми глазами.

– Если будешь себя плохо вести. – Лукаво подмигнув, Лена села рядом с Сашей, две ямочки провалились у неё на щеках.

– Ой, буду, буду!

– Не советую, рука у неё тонкая, но тяжёлая…

– Раздавай уже…

– Ещё, нах, разок…

Гомон мужиков не мешал им разговаривать.

– Ты сейчас обратно? – Она отхлебнула чай, покусывая кружку.

– Да, в депо, надо поставить зверя.

– А ты меня покатаешь на нём?

– Покатаю, конечно.

Лена улыбнулась, и молочная жилка треснула на её нижней губе; потом вздохнула.

– Опять Ефимыч приглашал к себе кофе с коньяком попить, достал уже.

Ефимыч был начальник станции; и этот старый, но обаятельный советский жулик, вожделевший Елену, разными способами пытался завлечь её в свои широкие лапы.

Саше очень не хотелось уходить, но надо было ехать.