Однажды на Кипре

Однажды на Кипре

Мария Викторовна Гарзийо

Маргаретт Вуттон, состоятельная вдова, променявшая капризный британский климат на жаркое кипрское солнце неожиданно обнаруживает пропажу крупной сумму денег, а вместе с ней исчезновение пасынка Чарли. Обратившись в полицию, Маргаретт узнает, что тело ее приемного сына вот уже неделю покоится в морге. Как такое возможно, если все это время Чарльз был вместе с ней?

Однажды на Кипре

Мария Викторовна Гарзийо

© Мария Викторовна Гарзийо, 2019

ISBN 978-5-0050-5288-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

    Кипр 1999 год

– Куда он опять запропастился, черт его подери?!

Миссис Вуттон в тысяча первый раз придирчиво оглядела себя в зеркало, поправила выпавшую из укладки прядь крашенных каштановых волос.

– Не знаю. Я не видел его со вчерашнего дня. Кажется, он собирался на какую-то вечеринку. Во всяком случае, он взял Джип.

– Он не сказал, куда именно и с кем? – непослушная прядь опять выскользнула, заставив миссис Вуттон ругнуться сквозь зубы.

– Нет, мадам, он передо мной не отчитывается.

– Спасибо, Димитрис. Если вспомните что-нибудь, обязательно дайте мне знать.

– Непременно, мадам.

– Хмм, пожалуй, я готова, – победив, наконец, неуемный локон, сделала вывод она.

Бросила последний всеобъемлющий взгляд на свое зеркальное отражение и осталась вполне довольна увиденным. В меру стройная фигура, которая сильно выиграла от перехода с британского рациона на средиземноморскую рыбную диету, заметно помолодевшее после недавнего химического пилинга лицо, свеже отбеленные зубы.

Наблюдавший этот бессловесный диалог с зеркалом Димитрис с трудом подавил ухмылку. Эта 48-летняя англичанка, возомнившая себя роковой красоткой, казалась ему смешной. Однако свое мнение выгоднее было держать при себе. Потому, услужливо распахнув перед хозяйкой дверь, он сохранил на лице выражение вежливого безразличия.

– Никак не могу привыкнуть к этой жаре, – заметила Маргарет, шагая по отделанной плиткой дорожке к машине, – У нас в Йоркшире в марте еще совсем холодно. Дожди, туманы. Я никогда не любила туманы. Такое впечатление, что жизнь останавливается. Люди движутся заторможено, а то и вовсе пропадают, поглощенные этой влажной беспроглядной мглой. Действительность искажается. Иногда кажется, что все вокруг – один только сон. А проснуться нет ни сил, ни желания.