Северный ветер. Роман

На следующее утро, толком не позавтракав, лишь перехватив бутербродов и глотнув на ходу кисловатого кофе, доложили Георгию:

– Полтора часа ухряпали, сами в лесу ухряпались. Детей заморили, хорошо не заболели.

– Сделали! Записали! – Радовался в трубку Георгий. – Ну молодцы! Не переживай, братан, я найду кому продать, всех клиентов подниму. Девчонки рекламой займутся. Пусть поработают. Включайте ваше сарафанное радио. Работайте, ребята, мы вместе идём, к одной цели.

– Вообще-то пишут, что иностранных туристов не интересует Красно-ярский край.

И в принципе туристов.

– Да не надо, дело не в крае, а в дружбе и космосе.

Гарин посмотрел на небо. Не видно днём планет и созвездий. Но небо, такое ясное, разливает свет над городом. Поёт золотисто-голубое настроение. Настроение укрепило убеждение. Говорят, что сила в правде. Значит, правда в дружбе.

Глава 7. Приключение на крыше

После спортивной экскурсии Елена Борисовна вновь объявила родительское собрание в секции, надеясь на хорошие отзывы детей, собрать группу родителей, чтобы хотя бы рекламу записать.

Пришло несколько мам и те были не в курсе, что за спортивный поход и зачем он детям. Из коридора нарастал стук деревянных каблуков, к беседующим дамам направлялся отец Данила. В мощной дублёнке, отороченной овчиной и беспокойными кудрями волос он смотрелся боярином солидная фигура подчёркивала дух старого времени.

– Данилу не понравилась ваша затея. Мы с женой против глупостей в секции. Какие такие походы, если вы потеряете ребёнка, он у вас замёрзнет, поморозит руки, уши.

Кто за это ответит? Понятно вы отвечаете, но ребенку здоровье вы сможете вернуть? – нараспев внушительного размера человек. И мамы притихли.

– Не будем, не будем, раз все родители против – отменяем, – растерялась Елена Борисовна, – я не настаиваю.

В Дом друзей притащили стол. Тяжелый, старинный, с резной столешницей. Его привезли от бабушки Кузьмы. Странный парень утверждал, что стол его прабабушке подарил купец Гадалов, что она служила в семье и за хорошую службу в день свадьбы была одарена хозяином.

Пусть так. За столом Дмитрию думалось, а Кузьме рассуждалось.

В тот день Кузьма готовил чай, как сам любил с молоком. Разлил кипяток по кружкам, забелил, недовольный, что приходится прислуживать, кривил мину.

– Смотри, Кузьма, поступаем так. Из квартиры будет выход на крышу. Оформляем его. Оформляем в форме прозрачной лестницы, – Дмитрий сверился со своей схемой, которую держал под рукой.