Бокал сангрии и паэлья

 – Это говорит любой испанец, маломальски разбирающийся в вине, – возвращает мне улыбку он. – Послушай, а коррида это тоже выдумка? – интересуюсь я. – На половину. Я пробыл года полтора новильеро и ушел. Но быки меня всегда завораживали. Я пересмотрел много коррид и перечитал гору специальной литературы. Видя мое болезненно скривившееся лицо, Мигель выдает мне специфический аргумент в оправдание этого жестокого хобби. – Лорка говорил, что тот, кто не понял корриду, не поймет душу испанца. Понимаешь, это больше чем просто варварский спектакль, это часть нашей культуры и истории.

 – Давай сменим тему, – предлагаю я. Коррида навсегда останется камнем приткновения между нами, а пинать его сейчас, провоцируя конфликт, мне совсем не на руку. Мигель нужен мне прежде всего в качестве единственного спасательного круга, который бросили мне небеса, предвидя, что я вот-вот захлебнусь. Лангусты издают такой умопомрачительный аромат, что, кажется, одним им уже можно насытиться. Я поддеваю вилкой кусочек нежного розового мяса.  – А как кормят в сдешних тюрьмах? Высокий лоб Мигеля прорезают две параллельные морщинки. – Я надеюсь, тебе не представиться возможности это узнать. – Лично я пока никакого выхода из сложившейся ситуации не вижу. Если только сбежать в какую-нибудь страну, у которой с Испанией не заключен договор о выдаче преступников. Ты такой не знаешь? Мигель состедоточенно отрезает ломтик гусиной печени. – Нам нужно сделать так, чтобы кражи не было. – Каким образом? – Мне видется только один выход. Предотвратить вымышленную кражу можно только совершив настоящую. Очередной лангуст застравает у меня в горле, я кашляю, пытась протолкнуть упрямца вовнутрь. – Представь себе такой вариант. Мы забираем яйцо из сейфа, а как только Майкл затрубит о пропаже, я возвращаю ему его исчезнувшую ценность. Придумаю какое-нибудь маломальски убедительное объяснение, зачем я его взял. А ты тем временем будешь уже на пути домой, и с тебя будут взятки гладки. – Ну, тут есть одна проблема, – замечаю я, отпивая вина, – добыть это проклятущее яйцо из сейфа. Тебе известен код? Мигель отрицательно мотает головой. – Мне тоже нет. Мигель водит взглядом по краешку своего широкого бокала. – Однажды Венди открывала сейф при мне. Помню, что мне тогда показалось, что первое словосочетание, которое она набрала, напоминает имя и фамилию. Если не ошибаюсь, код состоит из трех фраз. – Имя и фамилия, – я задумчиво вожу вилкой по тарелке, напрягая мозги.