Анжелика – особенная женщина. Из жизни женщин

Исполнителен, трудолюбив».

Ещё один: «Умён. Дипломатичен. Блестяще знает предмет. Всё понимает, всё может, но не всё хочет».

Ещё один автор: «Предельно скромен, почти незаметен, но и незаменим. Нет достаточной широты знаний, но в своём деле глубок. Работоспособен».

Ещё: «Путаник, со странностями, тенденция „уйти не туда“, нуждается в постоянном подправлении. Эрудирован, усидчив, мечтательно грубоват».

И ещё: «Широкая душа, замечательный товарищ. Несколько грубоват. Дотошен. Влюблён бывает в дело, которым занимается, как в женщину».

Наконец, последний: «Терпеть не может горы, потому что они закрывают горизонт, а он как раз любит горизонт. Требователен. Возвращает на почву фактов, как внутренний ОТК. Умён, работоспособен».

Кто-то из них стал «мотором» коллектива, если угодно – сердцем. Кто-то душой. А кто-то – руками. И ещё кто-то – мозгом. И не нужны тут имена и звания, – желательно чтобы читатель воспринимал всю группу как единого человека, как нечто цельное и законченное.

Именно таким бывает человек-гений.

Это гениальный коллектив! Редко встретишь такого человека., который бы вмещал в себе множество качеств. Так вот, – Профессор вмещал все характеристики всех своих соратников, он с каждым мог говорить и общаться на его языке, используя все его знаки и свойства, подстраивался под каждого и разных объединить мог в одном стремлении и в одном направлении мысли в теории.

Увы, не только наш институт – научно-исследовательский можно без сомнения отнести к старшему поколению.

Молодых учёных мало. Так мало и с таким упорством продолжает быть мало, что уже можно говорить об этом, как о проблеме кадров.

В чём фокус? В той самой «картошке», которую нужно сажать вместо цветов. – то есть в том трезвом, реальном взгляде на жизнь и карьеру, взгляде, который, конечно, не делает чести настоящему учёному. Вы не поверите, но из многочисленных студентов-дипломников, проходящих практику в научных исследованиях, почти никто не просится в группу исследователей учёных.

А вдруг научные эксперименты окажутся пустыми – понимаете? – и «горит» диплом. Куда спокойнее иметь дело с уже открытыми научными явлениями, которые уже чуть ли не на промышленные методы опираются.

Происходит боязнь риска – уже со студенческой скамьи… Какой неприятный сигнал! Ещё Шиллер говорил (в своё время), что для одних наука – это что-то возвышенное, прекрасная богиня, а для других же – как великолепная дойная корова. Из науки все пытаются извлечь пользу.