Стихи и новеллы

Зацветет люпин.

Сентябрь 2008

Нечистые силы

Дорога лесная.

И мой тарантас

Бежит по вечерним ухабам.

В чащобах и прочем родившийся глас

Услышав, натерпишься страху.

В сторонке всего-то дуб старый скрипит,

А мнится от черта, нет спасу.

Вдруг если уж филин кому закричит,

Хоть падай на дно тарантаса.

С тобой так случится, исхода не жди. –

Молиться, и с миром прощаться!

Да что там крик филина, – вон впереди,

Подальше, к мосту как спускаться,

Стоит и шевелится тень, вся черна.

Нечистые звуки… Гнусавы.

В башке промелькнуло: «Вот он, сатана!»

Сказать по-другому: «Лукавый».

И думать не смею, что запросто, враз

Под мостиком будет мне крышка.

А умница-лошадь, бесстрашный мой спас,

Бежит хоть бы что. Бодро дышит.

А тут, весьма кстати, и месяц возник. –

Уверуешь в бога. На месте,

Где тень шевелилась, знакомый лесник,

Шатаясь, еще не трезвеет.

Октябрь 2008

В осеннем саду

Угрюмая туча над сохнущим садом

Роняет на цвет изумруд.

Печальны мои запоздалые астры,

Предсмертны. – Но всё же цветут.

Все лето как вечность я ждал их цветенья,

Как ждут запоздалой любви.

Меня вдохновляют на смелость затеи,

Улыбка и груди твои.

Тебе я среди обстановки неброской

Понравился, видно, что прост.

Тебя заждались уж, наверное, гости

И важный, задумчивый гость.

Но ты подошла любоваться на астры;

Любуйся, а гость подождет.

А дальше судьба нас тропиночкой старой,

Как прежде, к теплу приведет.

А там тобой наспех распущенный волос

Развеет былой аромат…

Иди уж, я слышу встревоженный голос –

На улице гости шумят.

Октябрь 2008

Рисунок на стекле

Рельсы раскачали, и трамвай качается.

Тишина речная под мостом.

Мы еще вернемся, пусть пока останется,

Что бесценно в центре городском.

Окна затянуло первоклассным инеем.

Пассажиров тихи голоса.

На стекле рисует мальчик материнские

Губы, нос и серьги. И глаза.

Что едва заметно – счастье разрушается,

Веки рдеют, и потоки слез

Хлынуть уж готовы по щеке подкрашенной –

Передать стеклу не удалось.

Остановка. Люди теплоту оставили.

Звезды умирают на лету.

А рисунок детский одинок, отправился,

Без любви, без грусти, в пустоту.

Кто-то проживает много лет от радости,

Что в своем подъезде знаменит.