Чернобыль – полынь горькая

Дом наш из тёсаных брёвен, посеревших от времени и дождей. Дранка на крыше тоже посерела и стала тёмной.

– Природа сама придала дереву цвет и защиту, – говорит дедушка проводя ладонью по выпуклым брёвнам.

Двор огорожен струганными жердями. В конце двора стоит гумно, покрытое соломенной крышей, рядом пристройка для лошади и коровы.

– А почему в хлеву место для лошади есть, а лошади нет? – спрашиваю я отца.

– Лошадь забрали в колхоз, у всех, не только у нас, – вздыхает отец.

– Теперь она в колхозной конюшне, вместе с другими лошадьми, – отец улыбнулся, – и от неё уже потомство есть.

Вороной красавец. Антон его «Орликом» назвал.

– Отец, я хочу увидеть «Орлика», можно?

– Конечно увидишь, – смеётся отец поднимая меня своими сильными руками к самому потолку.

– Ты же у меня вот какой большой!

На другом конце двора стоит гумно, покрытое соломенной крышей, с пристройками для лошади и коровы. Дальше, до самого оврага, заросшего густым ольшанником, тянется огород. Летом в огороде чего только не растёт – картошка, капуста, горох, кукуруза, помидоры, огурцы, мак и конопля, а по краям подсолнухи.

Больше всего я люблю подсолнухи, их желтые, склоненные к земле головы, в которых столько вкусных семечек.

А ещё я люблю запах полыни…

Она густо растёт по всей меже. Я ложусь, подминая её мягкие пахучие стебли и смотрю в небо. Под белыми пушистыми облаками кружат вороны. Они каждый раз прилетают с одной и той же стороны. Меня обволакивает густой запах и какие-то тревожные видения.

Слышу голос матери:

– Антон, посмотри Бронека, наверное, он лежит в чернобы?ли.

– Да, вот он, мама!

Я обнимаю Антона за шею и спрашиваю:

– Почему полынь называют чернобы?лью?

– Не знаю, надо спросить у дедушки, – задумавшись, говорит Антон.

На краю огорода, ближе к дому, стоит старый дуб. На самой верхушке гнездо бусела.

К дедушке я хожу почти каждый день. Его дом через межу от нашего. К нему примыкает большой сад. Там много яблок и груш, а по краям стоят старые липы – дедушка их посадил, когда был ещё молодым.

А ещё в саду стоят улья.

– Совсем как маленькие домики, – говорю я дедушке.

– Это и есть домики, для пчёл, – соглашается дедушка.

– Пора наведаться к нашим пчёлкам-кормильцам.

Он берёт уже приготовленный дымарь, надевает на голову соломенную шляпу с сеткой и направляется к ульям.

Я сижу у окна и мне хорошо видно как дедушка, подойдя к улью-домику, открывает крышку и направляет в него дымарь.