Храм любви. Книга первая. Надежда

«А может, я ему в чем-то мешать стал? – подумал он. – Врет же, утверждая, что говорил, будто новому миру нужна жертва и новая единая религия со стремлением к красоте. Зачем излагает то, чего не слышал?» Однако он настойчиво продолжал его оговаривать, будто читал его мысли:

– На него спустился порочный дух некого Храма и говорит, что некий Бог этого Храма призвал его к этой великой миссии власти над вами. Страх войны преследует и говорит ему, что этот мир уже летит под откос вашей ложной святости, и утверждает, что миру войны нужен мир любви, а вы ведете его к судному дню человечества.

Судьи закачали головами и потребовали рассказать, в чем смысл его Храма, и он будто бы заговорил. Говорил долго как на духу о том, что хочет обожествления жизни в любви и обожествления деяний красоты и страсти, без которой немыслима любовь, которую они считают Богом. Рассказал, что Храм видит как вместилище совершенства физического и духовного начала в человеке с совершенством над собой, чтобы каждый следовал гласу природы души.

По этому гласу, как Богу, ведущему к счастью в любви, он и продумывает создание Храма любви. Потом, как будто черт дернул его, оговорил и веру, сказав, что нынешние приходы и храмы пустуют от того, что заполнены дохлыми кошками старой отживающей морали.

Все ахнули, услышанному, а голос Дьявола стал ему нашептывать дальше, требуя его повторять, и он, ведомый невероятной силой, стал повторять:

Ух ты, да ах ты,

Черти с богом не согласны,

Что в раю прекрасна жизнь

И святою должна быть.

– Как про слезы всем забыть?

Горем счастье может слыть, —

Говорят они святым,

Грешный нагоняя дым,

Что пустили в рай из шахты

Их мохнатые мерзавцы.

– Ишь, чего решили сдуру, —

Молвил Бог, скрутив фигуру

Между пальцев в амбразуру.

Ей, крестясь уж не в святую.

«Нет», – ответили ему,

Черти, вымывшись в пруду.

– Мы косить под святых будем,

Грешки прежние забудем.

– Белены с утра объелись

Иль на углях перегрелись? —

Отвечает Боже им.

– Трудно мне так стать святым.

А ответ: «В рай пропускай

И прощенье нам давай.

Быть с тобою нам родными,

Если б ты считал святыми

И в грешной любви людей,

К ним ты точно сам злодей.

И понять тебя, Господи,

Сложно в этом, пойми,

Ведь на простыни любви

Смерть не знают от войны.

Мы с пруда давно вам пели,

В райской скучно всем купели.

Мы рай построим на земле

Не тот, что ты создал себе.