Лже-Абсолют

Только сейчас он казался еще более неприятным, пробуждающим в душе безысходность.

– Кто? – спросил Федор и услышал резкий ответ, от которого кошки на душе заскребли: – Полиция!

– Опять полиция? Его все-таки подозревают? Считают, будто он каким-то образом причастен к смерти Лены?

«А это правда полиция?»

Высокий парень с лошадиной мордой сунул ему под нос удостоверение. Второй, коренастый, со стрижкой под бобрик, едко улыбнулся:

– Собирайтесь, господин убийца. Вот постановление на ваш арест.

Федор прочитал документ, все печати, штампы на месте… Почему его подозревают?! Надо связаться с адвокатом.

А есть у него хоть один знакомый?.. Конечно, нет. Разве мог Федор предполагать, что когда-нибудь ему ПОТРЕБУЕТСЯ Адвокат!

– Не могли подождать до утра? – вздохнул Москвин. – Еще полиция…

– Правильно, – хихикнул коренастый, – вы теперь живете в полицейском государстве.

От шутки и тона, которым она была произнесена, внутри Федора все перевернулось. Коренастый, с его развязными, самоуверенными манерами, немытыми сальными волосами и дурным запахом изо рта пробуждал дикую неприязнь.

От таких людей хочется поскорее отгородиться великой китайской стеной.

А тот словно специально подливал масло в огонь:

– Одевайтесь поскорее. Или вам подсобить?

«Услужливая тварь!»

Когда спускались по лестнице, Москвин впервые ощутил некоторое облегчение именно от ночного визита полиции. Из соседей – никого. А то что бы они подумали, если бы его вот так повели днем? Конечно, он ни минуты не сомневался, что его оправдают, но доказывай потом остальным, что ты не верблюд.

Хотя мнение других не слишком волновало Федора, но ему тут жить! И постоянно ощущать подозрительные взгляды – не слишком радужная перспектива.

На лестнице он споткнулся и тотчас получил толчок в спину:

– Не вздумай дурачить нас, господин убийца.

Федор хотел огрызнуться: мол, я еще не обвинен. Но подумал вдруг: «Что-то подозрительное в их поведении. Полицейские хотя бы внешне стараются соблюсти правила приличия.

А эти похожи на уркаганов!»

И тут же ему припомнилась странная фраза Поэтессы: «Они не те, кем кажутся». Если она про них, то кто эти двое?

С другой стороны переименование милиции в полицию мало что решает. Поменяли им форму, – и что?..

На улице их тоскливо поджидала машина. Неприятный тип с сальными волосами приторным голосом произнес:

– Давай-ка вперед свои ручки. Наденем вот эти милые браслетики.