Цветочная смерть

– Извините вам помочь?

– Нет, все… все в порядке.

Я кивнула в знак согласия и пошла дальше. Надо было вызвать скорую.

За этой сценой с крыльца своего магазинчика наблюдал Цветочник. Так я его называла. Это молодой флегматичный мужчина, хозяин Fiore dell’Amore, магазина цветов. Они недавно открылись, и я время от времени туда заходила. Купить цветы кому-то в подарок, на работу или домой. Он стоял и улыбался. Даже пальцем не пошевелил. Хотя, не мне судить.

Вечером на чай пришла моя подруга Катя. Единственный человек, кто вхож в мой дом и в мою жизнь.

Я Катю очень люблю. Она немного разгоняет мои психоделические будни, проводимые мной в студии. Тем вечером она была как некогда весела.

– Лизка, ты слышала? Сегодня на улице скорая мужчину забрала. Говорят, у него Ханахаки, он цветами кашляет. Вот смеху то!

– Да я видела его сегодня.

Ханахаки – экзотическая болезнь. К нам, в Россию ее привезли анимешники из Японии. Говорят, что ей может заразиться только человек страдающий от неразделенной любви.

Какая нелепость!

Честно говоря, до сегодняшнего дня я думала, что это все выдумки.

Но мне то это не грозит. Последний раз я влюблялась аж в начальной школе. И ничем это не кончилось, даже толком и не начиналось, а чтоб страдать от неразделенной любви…

Ни я, ни, тем более, Катя на такое не способны.

Прошлые мои отношения закончились очень даже прозаично. Нет, значит нет. в чем проблема? Хочешь, будь рядом. Не нравится, что я постоянно думаю о работе? Твои проблемы.

Хочешь меня, хоти и мою работу.

Да, о чем это я? Никто не встречался со мной дольше месяца, за это время никто не доходил даже до поцелуев. Вот на столько я невыносимая принципиальная и хладнокровная.

– Ну, признайся, Лизаня, красиво это, когда мужчина сохнет по девушке так, что плюётся цветами? Ты бы хотела, чтобы кто-нибудь кашлял цветами из-за тебя?

– Нет. разбивать сердца это не по мне. Лучше уж я поработаю, чем буду строить глазки на право и на лево. Я же не ты!

В ту ночь мне приснился прекрасный сон: в нем была комната, в ней разные цветы я сидела в ней и играла в шахматы с мужчиной, лицо которого совершенно выпало на утро из моей головы.

Но я запомнила четко и ясно:

Я проиграла.

От Нерюнгри до Алдана на поезде ехать шесть часов. Это двести книжных страниц, два с половиной повтора самого длинного плейлиста. Это все припасенные двести грамм сухарей и ни одного глотка чая. Это шесть часов спокойствия и неподвижности.