На юге Москвы

Печенье походило на деревянную, слегка тянущуюся колбасу.

Заиграла тяжелая музыка, и Саша, достав из кармана смартфон, ответил на звонок.

– Да… да, все нормально, вот уже собираемся. Да, котов покормил, – он прислонил смартфон к груди и шепнул Мурашову:

– Сань, котов покорми.

– Что? В смысле? – продолжил он разговаривать. Взгляд его падал на стол, он вычистил пепельницы; лицо его сделалось то ли удивленным, то ли расстроенным. – Я не знаю, мам, мы решать сейчас будем, – он посмотрел на Иру.

– Что случилось? – спросила девушка, но вопрос остался без ответа.

– Да, хорошо мам. Давай, пока.

Саша небрежно положил гаджет, тяжело вздохнул и, все также бессмысленно смотря в стол, сказал:

– На дачу приехал дядя Витя.

– У-У-У!!! – Мурашов встал со стула и принялся ходить кругами так, как позволяла это делать маленькая кухонька. – Нет-нет, он не будет с нами пить, пожалуйста, скажите мне, что он не будет с нами пить! Я не хочу слышать о том, как он управляет погодой и бла-бла-бла.

– А кто это такой? – спросила Лида, вытянув свою длинную шею и продолжая гладить молчаливого кота.

– Лучше тебе не знать, – бросил Мурашов.

– Дядя Витя – маг-погодник, – пояснила Ира. – Он утверждает, что умеет управлять дождями, ветрами и всем подобным. Он находится в контрах с собаками, потому что, как он говорит, собаки не любят магов-погодников.

– А еще он никогда ничего не ест и не пьет. Питается исключительно «Беломорканалом» и «Балтикой».

– Однажды, когда я была дома у Саши и помогала ему с ремонтом, пришел дядя Витя и начал показывать мне какую-то книгу.

На обложке было написано что-то типа «Семья по знакам зодиака», старая такая книженция, потрепанная. Обложка еще у нее ярко-голубая была с какими-то вырвиглазными рисунками, какие обычно бывают на всяких трэшовых русских детективах или сентиментальных романах начала двухтысячных. Витя попытался мне ее втюхать, а потом сказал: «Только ты потом верни! А то знаю я вас!».

– Короче говоря, – подытожил Мурашов, – если мы поедем туда, то этот шизофреник может увязаться за нами и пить наше любимое «особое поручение»!

– Не позволим!

– Вообще мы можем остаться и здесь, в квартире.

– А тебе, Саша, разрешали здесь устраивать что-то?

– Нет. Но мы можем никому ничего не говорить. Да и вероятно, что после нас квартира останется целой, мы же не планируем распивать крепкий алкоголь, верно?

– А шашлыки мы где жарить будем?

– Ну, теоретически можно в лесочке или в Битце.