#ЗаметкиГорожанинаВпровинции. Роман, написанный в Фейсбуке

Шью на своей электрической швейной машинке грубую плащевую ткань и чувствую себя виноватой. До сих пор я шила на ней только легкие блузочки и юбки, а теперь заставляю ее строчить ткань, которую в самый раз осилить только тяжелой производственной машине. Милая, прости. Может быть, когда-нибудь мне еще понадобится блузка из легкого крепа или батиста.

Замучили мухи. На улице уже давно холод, а они все еще живы и откуда-то лезут в дом. Они ползают по столу, по шкафам, по телу. Научилась бить мух газетой прямо на себе.

Гадость и кровь.

Разбираю свои бумаги, которые дочь еще в августе аккуратно упаковала в ящик и отправила с братом в деревню. Дипломы, грамоты с городских, российских и международных конкурсов – мои личные награды, копии дипломов моих учеников – солидное педагогическое портфолио. Целые подшивки газетных страниц – образцы детских публикаций в городских СМИ. Качественные публикаций моих учеников, на которых учились новые поколения школьников. Зачем они мне теперь? Чтобы в старости с тоской перелистывать свои архивы, как престарелые барышни прошлых лет перелистывали страницы своих девичьих альбомов, в которых ухажеры – им, молодым и красивым, – оставляли восторженные послания в стихах? Выношу тяжелые охапки бумаг в баню и жгу в печи.

Задумалась о том, как я буду летом белить хату. В последние лет тридцать мы это делали вместе с отцом. Высота потолков – 2 метра 75 сантиметров. По деревенским меркам – дворец. Чтобы побелить этот дворец, который за зиму пробивается сажей от печного отопления, отец заносил в дом тяжеленные лиственничные козлы, на которые укладывал доски.

Чтобы забраться на этот помост, мне требовалось три табуретки, из которых я сооружала себе лестницу. Чтобы побелить, например, зал, требуется все это сооружение передвинуть пять раз, предварительно спустив доски и разобрав помост, а потом собрать его снова. Так мы с отцом белили и нынче – в июле. Кто мне теперь будет помогать носить и переставлять козлы?

Мама штопает мои носки! Никогда не думала, что буду ходить в заштопанных носках – это же признак вопиющей нищеты.

Но одной пары носков хватает на день-два – постоянно цепляюсь пяткой за какие-нибудь гвозди или щепки на кухне. Мама всегда штопала носки отцу, теперь штопает мне.

На кухне ужасно холодно, ледяной ветер хлещет сквозь щели из подполья.

– А мы закрыли дыру в подполье? – спрашивает мама.