Первый в раю

За опоздание Гринько уволил бы любую, только не Марго. Его клиника была модной и дорогой. Именно здесь новые русские и их женщины, путем сложных манипуляций с их холеными телами, получали успокоение от непонятных недугов, которые на самом деле были только… Маргарита Васильевна обычно советовала пациенткам:

– Все с вашим сердцем хорошо. Не стоит так часто делать УЗИ. Вам просто влюбиться надо.

– Как же, влюбиться… Меня одну без охраны ни на шаг.

– Да я же говорю влюбиться, а не в койку прыгать!

– ??? – искренняя непонятливость пациенток доводила до смеха.

Будто никогда не жили без охраны. Будто в школе романов не читали.

Профессор Гринько был настоящий сибирский самородок. По поводу медицины он нес такую ересь, что у Маргариты Васильевны вяли уши. Но Гринько вовремя понял, что нужно неожиданно быстро разбогатевшим людям. Случившееся с ними чудо заставляло их верить в невероятные возможности нетрадиционной медицины. Поэтому новые русские доверяли профессору Гринько больше, чем традиционным академикам.

В свою очередь успех и популярность Гринько заставляли и академиков слушать его с открытым ртом. Гринько был профессором, сертифицированным какими-то иностранными учреждениями, неизвестными в России.

Его любимой шуткой для пациентов-мужчин была:

– Вам придется удалить правое легкое.

– Но, профессор, с легкими у меня всегда было все в порядке. Тут в правом боку что-то ниже беспокоит.

– Вот именно: печень не вмещается.

Пить меньше надо.

В кабинете Марго надела белый халатик, а Елена Николаевна с удовольствием обнажилась до пояса и легла на кушетку. Поводив датчиком по неугомонному телу подруги, Маргарита Васильевна сказала:

– Да все в порядке с твоим сердцем.

– Если бы, – возразила Елена Николаевна, одеваясь, – если бы.

– Опять неудачный роман?

– Хуже. Не могу точно сказать, во сколько мне обходятся эти козлы. Но последний претендует побить все рекорды, – она покопошилась в сумочке и бросила на стол визитную карточку, исписанную витиеватыми наклонными буквами.

Маргарита Васильевна взяла ее двумя пальчиками и прочла:

Аркадий Михайлович Стыгар, психоаналитик.

– Стой-стой-стой, Лена, стой-стой-стой. – Маргарита Васильевна что-то усердно старалась вспомнить. – Кажется, я его знаю.

Елена Николаевна насторожилась.

– А, может, не он, – вздохнула Маргарита Васильевна, возвращая визитку.