Близкая даль. Книга 2-я

 – То я в колхозе занята, то Степана дома нет…

– В жизни завсегда так, – кивнула старуха, – стоит только что задумать – сразу что-то мешает, не дремлет лукавый, так и норовит навредить.

– Ты это о ком? – поинтересовалась хозяйка.

– Как о ком? О враге рода человеческого… – поставив на стол глиняный жбан, заявила старуха. – Вот я, к примеру, как только задумаю что сделать, так обязательно или кто придет, или Тамара отвлечет, а то просто возьму да забуду…

Тамара недовольно глянула на опекуншу и задиристо заявила:

– Бабуля, кончай свою религиозную пропаганду, здесь пионеры и будущие комсомольцы – нечего ерунду молоть.

– Это кто ерунду мелет – я? – обиделась старуха. – Я, дорогая внученька, слов на ветер не бросаю, ты еще шибко молода, чтоб бабке перечить, я на своем веку столько повидала, что вам и не снилось!

Фаину заинтриговали слова женщины, она подбежала к старухе, взяла ее под локоток и, указывая рукой на сундук у печки, вежливо произнесла:

– Присаживайтесь, может, вы нам что-нибудь расскажете…

Ребята переглянулись, а Костик почтительно произнес:

– Действительно…

Всем присутствующим было известно, что баба Дуня слыла в селе знатной рассказчицей.

Старуха, кряхтя, села на сундук, оперлась спиной о печку и, почувствовав телом ее приятное тепло, интригующе произнесла:

– Что ж – можно и рассказать, я много интересных историй знаю…

Анастасия и Тамара расставили на столе угощение, выложили в глубокую глиняную миску часть принесенных Коржаковой грибов и, заправив их сметаной и репчатым луком, подали в дополнение к картофелю с салом.

– Ешьте, детки, я расскажу вам очень примечательную историю, – устроившись удобнее, произнесла старуха.

– Очень интересную, – ухмыльнулась Тамара.– Сказала б, что очередную небылицу…

– Тихо! – цыкнула на нее Фаина.

– А мне что – слушайте… – фыркнула Коржакова.

В этот момент входная дверь визгливо скрипнула, и в комнату вошла Елизавета Варенкова.

– Вот ты где! – запыхавшись, произнесла женщина.

 – Я ее по всему селу ищу, а она у соседей щи хлебает… Дома, что – еда не вкусная? Я полдня у печки отстояла, а есть – некому.

Пелагея улыбнулась:

– Не сердись, погреться они зашли…

– А я что? – сняв с головы пуховый платок, произнесла Елизавета. – Пусть гуляет, но поесть-то прийти можно…

Роза положила на стол перемазанную сметаной ложку и виновато посмотрела на мать:

– Я только попробовала… – пролепетала девушка.