Звёзды и люди

-Поверь, Отец не подведу.

И взяв зерно, сын отошел,

К землянам поспешил тут он.

II

Новый год идёт во двор,

Вводит он весну в свой дом.

Март-апрель за ней идут,

«Овна» за собой ведут.

Упирается хоть тот,

Тем не менье входит в дом.

Бойкий, шумный, как огонь,

Ну и что, что он ни конь.

Вихрем мчится по Планете,

Сеет Он «Зерно» по Свету.

Чтоб размножилось оно.

Всем, чтоб было хорошо.

В старой древности, звезда

Начинала год она.

В Весну Солнце заходило,

Равноденствия вводило.

Начинался новый год,

Каждый «Овном» назовет.

На барана походил.

Кто на небо посадил?

Миф, друзья вам приведу.

Пусть он скажет, я смолчу.

III

Когда – то правил Бог ветров.

Царь Атамант был назван тот.

В свою богиню был влюблён.

На ней жениться вздумал он.

Богиня туч и облаков

Была собою хороша.

Тут, вскоре сына родила,

А там дочурка вслед пришла.

Счастливая семья была.

Жену Нефилой называл.

Своих детей он обожал!

А сына Фриксом нарекли.

Мальчишка рос всегда в любви.

А дочке имя Гелла дали

(Да и её все обожали).

Умны, красивы дети были.

Родных любили, не грубили.

Но вот, настигло их несчастье…

Взял Атамант и в одночасье

Решил прогнать родную мать,

А в жёны Ино себе взять.

Для справки вам я поясню,

её я грязью оболью:

Ох, нерадивая была!

К тому ещё уж больно зла.

Хотя “волшебницей” звалась,

Пиявкою в семью впилась.

Разрушила счастливый брак,

Себе в угоду, просто так.

У них родились два «сынка».

Два толстых, будто б хомячка.

Леархом, старший назывался,

А младший, Меликерт прозвался.

Для Фрикса, Геллы мать была,

Вернее, мачехой слыла.

И Ино это не скрывала.

Своих детей оберегала,

А тех же мучила порой,

Да так, чтобы не знал иной

Какие подлости творит

(Пока муж сладко в спальне спит).

IV

Красавиц Фрикс уже подрос.

С горбинкой выделялся нос.

И басом голос зазвучал,

А волос кучерявым стал.

Глаза горели, как алмаз

(Утонешь в них, без всяких фраз).

Все хорошел Фрикс сын – отца.

Красив фигурой и с лица.

За ним и Гелла хорошела.

Она частенько альтом пела.

Заслушивался весь народ,

Те, кто стоял у их ворот.

На Фрикса мачеха смотрела.

Его увидев вдруг краснела,

А то порою и бледнела

(Страсть у нее в глазах горела).