Забери меня на Пасху, сынок…

Они пришли с одной надеждой,

Что кто-то скажет – извини!

Мол, был эмоциям подвержен,

За то, что сделал, не вини!

Но он сказал, что всё в порядке,

На сердце рана зажила.

По почте выслал её тряпки

На адрес, где она жила.

Она сказала :"Всё нормально!",

Журнальчик положив на стол.

Всё было грустно и банально,

Укол,  в ответ ещё укол.

А ведь на много проще было

Сказать – скучаю и люблю.

Я не забыл,  я не забыла,

Тоскую, по ночам не сплю…

Никто не сделал шаг на встречу,

Никто не протянул руки.

Дождь от обиды лил на плечи,

Шли не друзья и не враги…

Гордыня сердце обуяла,

Душа молила – обернись!

Прости, начните всё с начала,

Забудь обиды и вернись....

Прерванный полёт!

Зябнет  молча  гитара, одиноко  под  утро  без  песен,

И   душевные   раны    оставляют   на   сердце  рубцы.

Этот  мир  для  тебя был поистине слишком уж тесен,

Сочинял  ты   всегда  восходящие   к   небу   столбцы…

Кони   времени   мчат  и   часы   и   минуты    сметают,

И не хочет опять смерть назад, хоть на миг отступить.

У  обрыва  края с  каждым  годом   бурьян   пожирает,

Вновь блуждая во тьме видим жизни оборванной нить.

Ой   вы   кони    мои     привередливые     и     шальные,

Вы   летите   хрипя,     за     собою      сжигая     мосты.

Пролетают года за  спиной,  как   столбы    верстовые,

Оставляя  в  пространстве  ощущение  лишь   пустоты…

Пронеслась эта жизнь, что  была  между  адом и  раем,

И   к    обрыву    тебя,   твои     кони   от    нас    унесли.

Помогал  чаще  тем, кого в  жизни  теперь  презираем,

Улетел    ты      навечно   откуда – то   с   края     земли.

Голос  рвёт   тишину,   дарит   истины   нам   прописные,

Все  в  пороках  погрязли  и   людей   изглодало  враньё.

Словно в храме поёшь, а кругом лишь душевнобольные,

Небо  тучи   закрыли,  над    крестами   кружит  вороньё.

Притаились  гвоздики    на    мраморе   каплями    крови,

Тишина  и   покой,   а    гитара     без    струн     не    поёт.

Озорные  глаза   и   с   надменностью   ломаной   брови,

Вот  и  всё,  завершён  твоей   жизни   последний  полёт.

Оборвался твой голос надтреснутый  болью  страданий,

Память   будет    хранить     недопетую    песню     твою.