О любви моей расскажет вечность

«Всё в этом мире говорит о чём-то» – считала мать.

Тогда, почему она просила милостыню и спрашивала, не разорён ли дом? Не надо ли понять её слова так, что беду в замок принесёт вчерашняя нищенка?

Не может быть!

Мать построила странноприимный дом, полагая заслужить прощение у Бога, или у того, кому подарила свою любовь и сына.

Об отце Александр запрещал себе думать…

Утром Малахия сообщил: повозка готова.

Но откликнулась, засобиралась только Мария.

Увидев, что отец продолжает спать, она тронула его за плечо.

Иногда на слова он не реагировал, просто не слышал, потому что общался с мирами иными, и там было ему интереснее.

Мария потрясла отца за плечо, крикнула в самое ухо: «Папа, пора!», и только тогда поняла: его душа живёт уже другой жизнью, а тело, как надоевшая ноша, сброшено без сожаления и покоится на прошлогоднем сене, умело скошенном и высушенном, оттого и хранящем ещё запахи трав и солнца.

Она не испугалась его смерти. Без страха встретила и поворот в своей судьбе…

Узнав о происшедшем, Александр разрешил похоронить усопшего на местном кладбище.

А когда увидел Марию, беззащитную, с потемневшими глазами, спросил домового священника, как тот решил распорядиться судьбой племянницы?

– У сироты одна дорога – в монастырь! – был ответ.

«Чёрта с два», мысленно ругнулся Александр.

Он знал: во флигелёк при церкви по ночам частенько крадется женская тень. Жирный боров не отказывал себе в плотских утехах.

– Не лучше ли найти ей жениха?

– Она станет невестой Господа, – надел постную мину священник.

– А если я возьму её? – неожиданно для себя спросил Александр.

– Вчера вы уже изволили шутить…

– Я не шучу. Нашему роду пора освежить кровь. А она так свежа…

– Но ваши родители. Что бы они сказали?

– Думаю, им там всё равно. А Господь… мне поручил позаботиться о сироте. Так что… завтра же вы соедините нас!

– Нужно спросить согласия Марии, – не уступал священник.

Он знал: любая из дворянских дочерей с радостью бросится в объятия его хозяина, увеличив владения, и прирастив его, Малахии, влияние.

Венчать. Крестить детей…

Его же племянница – просто замарашка.

Неравный брак – тень на священника.

Убыток его мошне.

К тому же, что за кровь течет в её жилах!..

– Мария, ты всё слышала, скажи, – обратился Александр к девушке.

– У меня нет платья, – взмахом густых ресниц смахнула слёзы она.

– Ответ истинной женщины, – удовлетворенно заметил он.