О любви моей расскажет вечность

– Хорошо, – прощальным взором окинув «архив» своей души, оставила она его одного.

Воздух показался живым, весёлым, вкусным. Любящим.

Ей всегда хотелось быть любимой. Без всяких причин. Просто потому, что она есть, и хочет жить, несмотря на тьму разочарований.

«Не хочу быть брошенной, несчастной, мёртвой!» – отчаянно заявила душа.

Но кто-то подсказал: извилины не воспринимают частицу «не».

И тогда её мозг, одному ему ведомой азбукой, просигналил миру: Хочу быть желанной, свободной, живой!

И обострилось обоняние, опьянило ароматом цветов.

Слух зафиксировал призывный сигнал черёмуховой аллеи.

Она пошла на этот зов, и снова, как в детстве, душистые гроздья цветов напомнили ей башенки ванильного эскимо.

– Наши плоды черны на цвет и вяжут на вкус, но обладают волшебной целебной силой, – на понятном ей языке сообщила древняя на вид черёмуха.

– Зло и ложь – супруги навек. Добро и правда – супруги навек. Их брак зарегистрирован на небесах, – сурово продекламировала её соседка слева.

«В детстве мама пугала вездесущими хоками, теперь смерть угрожает японскими хокками…» – грустно удивилась игре слов и букв Маша.

– Рано тебе ещё умирать, – прямо в руки метнула ей ветку с набухшими почками соседка справа, – бери на память, и домой!

– Привей этот побег к кусту, который посадил под твоим окном Андрей, – посоветовала черёмуха в середине аллеи.

– Откуда вы знаете? – удивилась Маша.

– Нам сверху видно всё, – призналась буйно цветущая особа издалека.

– С таким мужчиной и жизнь свою скрестить не страшно…

Странно, она сама не раз спрашивала: кто такой, этот Веснин?

Появился в школе за неделю до начала учебного года, да ещё на видавшем виды американском джипе. И сам из себя: высокий, подтянутый, глаза умные. Директриса, естественно, растаяла, забрала у неё лишние часы, отдала ему параллельные старшие классы: соревнуйтесь!

Не враг, но соперник.

Не закрыт, приоткрыт. Из скупых рассказов о старшем брате-спонсоре стало ясно: может себе позволить быть свободным историком! Копать землю в археологических экспедициях, исследовать артефакты в музеях, корпеть в архивах.

«Разлетелись мои пращуры по свету, как зонтики одуванчиков…»

«Пращуры» – резануло слух, не динозавры же! Потом выяснилось, его корни уходят в четырнадцатый век.