Алфавит грешника. Часть 2. Было Не было Могло

Дни, словно листья на ветру,

Кружась и падая, летели,

Ведя со мной свою игру

Без всякой цели.

В которой с тупостью телка

Почти дошёл до грабежа я,

Чтоб разодеть тебя в шелка.

А ты чужая.

Меня водили топтуны,

Сопровождая до ареста

С документацией вины,

Деянья, времени и места.

И приняв тяжкую статью,

Из уст судьи с лицом каржая,

Я просто плюнул на судью.

А ты чужая.

Не сомневаюсь: только лишь

Едва успею удалиться,

Как тут же плечи оголишь

И защебечешь, словно птица.

Так у актрис заведено:

Жить, чью-то жизнь изображая,

Пока не кончится кино.

Где ты чужая.

«Выпал я из братвы, как птенец из гнезда…»

Выпал я из братвы, как птенец из гнезда,

Просто выброшен был чужаком-кукушонком,

И сменилась моя путевая звезда

Фонарём над тюремною шконкой.

Мне бы к воле уйти потаённым путём,

Оторвавшись от вохры, стоящей по кругу,

Чтобы встретить того, кто с позорным ментом

Расплатился за сучью услугу.

На него посмотреть бы единственный раз,

Если сможет он выдержать взгляда,

Засмеяться и выстрелить точно меж глаз,

Или вы пожалеете гада?

«Вырвать ноздри бы мне да на лбу…»

Вырвать ноздри бы мне да на лбу

Выжечь буквами крупными – «грешник»

За бесчинства мои и гульбу

В годы матери слёз безутешных.

Всё хотелось мне сразу, за так,

Где с согласья, где силой, где ложью,

Презирая простых работяг

С их надеждою в милости божьи.

А как нравилась мне хрипотца

Песен, мною пред бабами петых,

Вопреки поученьям отца

И его дальновидных советов,

Чем в пылу жизни я пренебрег,

Словно дьявольской тронут печатью,

По себе меря времени бег,

По себе выбирая занятья.

Сам, собой, о себе, для себя,

До кусочков, крупиц и осколков,

И вину свою усугубя,

Не исполнил сыновьего долга.

Без меня умирали они,

От дитя своего дорогого

Не дождавшись в последние дни

Ни гроша, ни последнего слова.

Вырвать ноздри бы мне да на лбу

Выжечь спицей калённой – «изменник»,

За бесчинства мои и гульбу,

За родителей, мной убиенных.

«Выслушивает молча бог…»

Выслушивает молча бог,

Как ему ангелы глагольше:

«Он сделал всё, что только мог,

Не меньше и не больше».

Когда на деле, не в кино

Иль на магическом концерте,

Власть вместе с чернью заодно

Смогли его добиться смерти.