Ландшафт незнакомой земли

Вот тогда и наступает настоящая жизнь… К несчастью, она случается не так часто, как бы хотелось, и это не всегда период лени обыкновенной…

– …может быть там, закончится твой период застоя? – всегда поражала её способность неожиданно врываться в мои мысли.

– Гм! Возможно. Конечно. Да. Но … о чём ты?

– Опять в облаках витаешь? Ты неисправим! – она вздыхает, так, что грудь под платьем увеличивается в размерах. Звенит напрягшаяся ткань… – Я и говорю: поезжай в деревню, проветрись.

Ты опух от пьянства и пожелтел от табака. Прокурил всю квартиру!

– Побочный эффект. Ничего не поделаешь. Нельзя приготовить яичницу, не разбив яиц!

– Чьих? – моя любимая вдруг свирипеет. Вот уж загадочность женской натуры. – Если ты имеешь в виду…

– Нет! Не имею!

– Тогда помалкивай. В общем, поезжай в деревню. Может быть, продашь дом, кому-нибудь из местных!

– ???

– Ну… много за него вряд ли выручишь. Тысяч сто, максимум. (Ого! Да за сто тысяч, вернее, на сто тысяч… я могу накупить столько всего!) – Но не пропадать же добру.

Ну и проветришься. Используешь период своего застоя. Я думаю, из деревни ты вернёшься с массой новых впечатлений и идей.

– Ехать на пленер? Зимой? В деревню?! Когда вся природа спит… А я… как та самая особа с котелком… пятьсот кило?метров пешком… по шпалам, так сказать, по шпалам…

– Какая особа?! Супруга напряглась ещё больше. Эта, твоя … как её… испанка?! И причём здесь котелок?

– Ну, как бы это популярней… это такая песня… слова из неё… народные… А испанка, как ты выразилась не моя – она – Общенародное, скорее даже Мировое достояние! Председатель компартии Испании в прошлые годы! Воевала с Франко и вообще с фашизмом! Правда, генерал оказался порасторопнее и задавил коммунистов Испании.

Причём давил иногда вовсе не фигурально…

– Вечно ты со своими мудростями! Сама я ехать спать с тобой вместо природы не могу. Сам знаешь – магазин.

А ты всё – равно ничего не делаешь. Вот и поезжай. Тем более это не твои пятьсот кило?метров, не выдумывай – всего-то триста!

Утешила…

Я сделал попытку представить себе Это. Жуткий холод, мёртвый зимний лес, сугробы по пояс минимум, по горло максимум, голодные волки с подведёнными животами под жёлтой луной и я сам, с убогой котомкой, сшитой из мешковины и в крупных заплатах, скорбно бредущий в даль неведомую, среди всей этой экзотики.