Море – наша любовь и беда

Потом чувствует – тяжеловато сидеть. Спустился вниз, вышел в моечное отделение, легкая слабость, головокружение… полная отключка. А упал он исключительно неудачно. Рядом стояла мраморная скамейка, на которую шайки с водой ставят. Вот об неё он и навернулся, да прямо виском. Хорошо еще, что вскользь.

Ну, конечно, обдали его холодненькой водичкой, очнулся, оклемался потихоньку. Да тут обнаружилась форменная конфузия. Дело в том, что, когда он навернулся-то башкой, какой-то хрящик в шейном отделе заклинило, и головёнка у нашего спортсмена – набок.

Сама не распрямляется, болезненно это делать, да и опасно. Кабы чего не повредить, а то ведь и дурачком останешься на всю жизнь. Вызвались два добровольца, отвели они Саню прямо к хирургу. Ну этот спец всяких калек навидался. Сказал, что ничего, мол, страшного. Всё само постепенно на место встанет, если нежно так временами массировать. Переломов и прочих повреждений связок нет. И то хорошо. Соревнования, конечно, побоку. В это время мы, Саню шутками своими грубыми не допекали – пострадал человек за любовь к спорту. Но вот проходит время. Всё действительно встает на свои места. Выходит Санька на обычные занятия физкультурой. Тренер к нему: пора, мол, возобновить тренировки. Саня наш пожевал немного губами, размышляя, как бы это ему высказать поделикатнее, и наконец изрек: «С этим, бля, спортом – калекой станешь». Со спортом было решительно покончено. А может быть зря?

Ни до мореходки, ни после я не встречал такого обилия талантливых ребят, собранных вместе.

Может в береговой жизни мы просто не подозреваем о большинстве талантов окружающих нас людей. Они возвращаются из школы, с работы домой, и там раскрывают свои способности друзьям и близким. А тут-то каждый из нас все двадцать четыре часа на виду у других. Всем про всё о тебе известно. Любили музыку. Трое в роте хорошо играли на гитаре, двое – на аккордеоне, тот на домбре, другой – на трубе, всего не перечислишь. Конечно, самыми популярными инструментами были гитара и аккордеон, поскольку стоило образоваться какому-либо свободному окошку минут в тридцать, как в конце коридора у окна собирается публика, выносят инструменты и поют самые популярные шлягеры, туристские, лагерные песни, а нередко и романсы. У нас Игорь Шаханин обладал таким бархатным баритоном и с таким блеском исполнял цыганщину. И все это, естественно, без билетов и бесплатно. Причем каждый день.

Я тоже не избежал этой чарующей отравы, и начал постигать тайны аккордеона.