Душа

Мужик, уверенный, что у него родился сын, стал подбрасывать сверток в воздух, каждый раз приговаривая: «Летчиком будешь… Космонавтом будешь!!!» Тут ребенок расплакался, а когда его распеленали, обнаружилось, что это девочка. «Бл… ью будешь!» – воскликнул мужик в сердцах и плюнул. Тогда в роддоме Кирилл почувствовал себя героем этого анекдота.

С тех пор прошло много лет, девочки его выросли, он в них души не чаял. И хотя у Кирилла был крутой нрав, со своими красавицами он становился мягким и покладистым. Но… в меру.

Была черта, за которую нельзя было переступать никому. К примеру, после девяти часов вечера все в обязательном порядке должны были собраться в просторной столовой, в середине которой стоял большой дубовый стол. Кирилл сам подбирал для него древесину и собственноручно с любовью изготавливал каждую деталь. Для него этот стол символизировал единство и сплоченность всей семьи.

Дочки помогали матери в сервировке. Перво-наперво стол накрывался белой скатертью. В большом фаянсовом чайнике заваривался черный чай, к которому добавляли иногда мяту, иногда чабрец.

На столе появлялось красивое блюдо с только что испеченным пирогом с яблоками или вишней. Жена Ирина была домовитой женщиной, но в последние годы подросшие дочки старались помочь матери. Поэтому за пироги теперь отвечала Люся – старшая из дочек.

Люся была невысокой блондинкой с зелеными глазами лет двадцати. Всестороннее сходство с матерью бросалось в глаза. Кроме возни с тестом, она любила играть на пианино, купленное ей отцом много лет назад.

Оно стояло в ее комнате. Вечерами девушка открывала крышку инструмента и садилась на вращающийся виниловый стул. Как только ее тонкие пальчики касались черно-белых клавиш, весь дом наполнялся чудесными звуками.

Поставив пирог в центр стола, Люся довольно оглядела домочадцев. Тесто поднялось на славу, а яблочная начинка золотилась, выглядывая из-под печеной решетки.

Аня сидела на корточках перед печью с открытой чугунной дверцей и смотрела на горящие поленья.

«Как красиво», – подумала она, наблюдая за языками пламени и слушая веселое потрескивание. Едва дверца закрылась, печь, набитая дровами, приятно загудела. Аня была средней дочерью, ей совсем недавно минуло восемнадцать лет. Год назад, закончив школу, поступила в сельскохозяйственный техникум. Девушкой она была крупной, высокой, с правильными чертами, чем сильно походила на отца, но, в отличие от него, обладала тихим голосом и кротким нравом.