Волчонок с пятном на боку

Степану хотелось заниматься именно социологией, – тем, что он считал перспективным и важным, тем, что может принести реальную пользу. Думалось ему, что было бы интереснее работать не в бизнесе, а в государственных структурах. Столько же вокруг обездоленных людей, и даже не только тех, кто живёт на улице. Ему казалось, что необъяснимое возвращение в Н-ск – часть какого-то сложного, ещё непостижимого плана. Для прикладной социологии здесь не просто раздолье – неизведанная планета.

Неизведанная планета

Зелёно-жёлто-фиолетовое сияние нервными всполохами захватывало ночное небо до самого горизонта.

Чужой и страшный ночной лес вскрикивал на разные голоса, пугал и манил одновременно. Шуос поёжился, пошевелил веткой угли затухающего костра, подбросил хвороста. Глядя на ожившие пляшущие огоньки, негромко заговорил:

– Что же, сын вождя, впереди долгая ночь. Нам снова выпал жребий сторожить пещеру. Помнишь, в первый раз мы были уверены, что поймаем вора?

Эос молча кивнул.

Шуос плотнее запахнулся в мохнатую шкуру:

– Наступили холода, а вор так и не пойман.

Охотники приходят почти без добычи, запасы подошли к концу. Многие голодают. Как пережить эту зиму? Смотри, у большого камня много маленьких камней, значит, скоро родится младший сын Великого вождя – твой брат.

– Хорошо, что мы вместе сторожим, – медленно заговорил Эос, – Помнишь, когда в первый раз мой отец указал на нас, какие мы были гордые? Наверное, многие воины до сих пор грызут от зависти свои копья…

Эос заёрзал на земле, вдруг вскочил, вскинул копьё в сторону костра:

– Может, вор не найден из-за огня? Костёр всегда согревает нас, но мы ничего не видим в ночи.

Зато нас видно от самих великих скал!

– Ты прав, давай потушим костёр. Но выдержим ли без огня всю ночь? В пещере ещё холоднее, лучше побудем здесь. Сколько сможем. Как думаешь – это широконосые крадут мясо? А что, если это кто-то из наших? Ты думал об этом?

Эос снова сел на землю.

– Наши? А широконосые сильные и злые, но очень глупые.

Не думаю, что они смогли бы так много украсть и не попасться… Видишь – уже падает белая пыль. Посидим без огня. Если и не поймаем вора, то утром увидим его следы.

Эос замолчал. Он думал, может ли быть вором кто-то из племени, но говорить об этом не хотел. Эос считал, что сын вождя должен говорить мало. Даже со своим близким другом.

Друзья затушили костёр. Они сидели спиной к спине, под двумя шкурами бизонов, прислушивались и терпеливо ждали.