Реестр Эпизодического Счастья

Мы готовы были регулярно приходить и «троллить» ЕЁ… Глупость несусветная… Ну, что поделаешь?! Дети – есть дети.

Надежда Мефодиевна в молодости служила балериной в Кировском театре. Говорят, именно она была той беременной девушкой, с которой Чкалов пролетал под Троицким мостом. Комнату в этой квартире в красном доме с куполами на набережной Макарова старушка получила в незапамятные времена и в ней же пережила войну, оглохнув от взрыва фугасной бомбы на оба уха. Чтобы обратиться к этой пожилой, но статной женщине, нужно было принять манеру оперного певца и проорать с vibrato: «Здравствуйте, Надежда Мефо-о-о-диевна!»

Комната Мефодиевны напоминала музей, а цветной телевизор она смотрела с типовыми пластиковыми советскими наушниками, из которых доносился чуть ли не киловатт звука.

Каждое утро бодрая старушка, которой было глубоко за 80, открывала оба окна в своей комнате, обливалась холодной водой и делала зарядку. Курила она махорку, забивая её в потрошённые «беломорины», а приезжавший к ней сын был седым стариком. Увлекалась Надежда Мефодиевна шитьём. В особенности ей удавались «таблетки» – небольшие женские, модные до войны, шляпки. Она каким-то неведомым образом выстрачивала их на своём старом чугунном «Зингере».

Некоторое время Мефодиевна приятельствовала с моей мамой. Мама частенько заглядывала на чай в пропахшую нафталином и махоркой комнату старушки. И в знак особого расположения, Надежда Мефодиевна сшила маме «таблетку».

Надо сказать, что это получилась просто-таки киношно-музейная вещь, но носить эдакий старомодный аксессуар мама, конечно же, не стала, а просто положила велюровую шляпку в ящик коридорного шкафа.

Затем маму вызвали в милицию. С её слов – Мефодиевна, памятуя о том, что данная схема раньше работала, написала донос в органы о том, что мать вела антисоветские речи. Впрочем, в милиции `85-го года только посмеялись над старушкой, но дружеские соседские отношения Надежды Мефодиевны и нашей семьи были безвозвратно утрачены.

Я, в силу своего юного возраста, стал методично издеваться над пожилой соседкой (да простит она меня за это!). Выключал ей в ванной свет; пугал в тёмном коридоре лицом, подсвеченным фонариком… Но однажды придумал более изощрённую месть: положил ту самую «таблетку» на стол Надежды Мефодиевны в общей кухне и стал ждать реакции соседки… И к моему вящему удивлению, с утра шляпка лежала на столе нашем.