Кровосмешение. Комедия

Одни восторги целомудрия и никакого секса. Вот если бы не нагота. Зачем ты их родил нагими? Покрыл орангутангов шерстью, рыбу – чешуей и этих субчиков одетыми родил бы. Глядишь, и выжили бы динозавры, пощадила бы вегетарьянцев Красота.

ЮПИТЕР – Хотел как лучше… Прикрытая одеждой Красота фальшива. Как мысль, прикрытая молчанием коварства.

АПОЛЛОН – Пора забыть, отец. Завел ты эволюцию в тупик, ну значит не судьба прижиться Раю на земле. Зато вот Красота с Любовью прижились.

ЮПИТЕР – Еще не вечер, отрок.

Всю ночь не спал. Тебе секрет доверю, как старшему из нынешних богов.

АПОЛЛОН заинтригован – Секрет? Ого! Сегодня я дежурил на Олимпе. Тревожной ночь была. Скандалили дреады, с нимфами, не поделив ручей Кастальский. Эрот без дела ошивался под твоим окном. Венера выговаривала Весте за послабления весталкам. Зачем, мол, разрешила молоко по праздникам весталкам. И вдруг, смотрю, перед рассветом, скользнула из твоей опочивальни тень.

Легка, как шелест сладкой лести в устах влюбленного поэта. Эрот изменчивый на руки подхватил ее и были таковы… Тать! Подумал. Нет, Венера бросилась в погоню… И тут же на Земле залаяли собаки, проснулась крепостная стража, подняла тревогу…

ЮПИТЕР – И вот, сын мой, решил я, наконец, еще раз счастья попытать. Раз не хватало динозаврам Красоты – создам я Рай, царицами где будут не целомудрие, цветущее природы и сны безгрешные могучих динозавров, а…

АПОЛЛОН – Ха! Понял! Секс будет царить! Какой наивный ты, батянька.

Давно уж правит миром Секс. И правит так жестоко, что ни один кровавый деспот не сравнится с ним в тиранстве.

ЮПИТЕР – Нет, сыночка, неописуемая Красота и несказанная Любовь царицами в Раю новейшем будут.

АПОЛЛОН – А ты никак влюблен, отец Богов? Не спишь ночами, в опочивальне тени тайно принимаешь… Счас скажешь, то был лазутчик, приставленный тобой к Принцепсу, выведывать злокозненные планы противу тебя? Ась?

ЮПИТЕР – Лазутчик, лазутчик, милый следопыт… А вот моя последняя надежда.

Миниатюрный динозаврик Гоша. Хорош? Скажи.

Юпитер показывает рисунок петуха.

АПОЛЛОН – Так это же куренок! Сынуля куры Рябы.

ЮПИТЕР – Верно! Зато какая родословная. Вот порода, я тебе скажу! В начале неудавшегося Рая это был гигант Ихтиозавр, и весил пращур Гоши тонн пятнадцать, как не больше. Правда, с аппетитом паровозной топки.