ЦУ ГЕЗУНД!

Год Петуха, или Романтичная натура

Что женщина кушает, так она в постель и ложится. Катя, к примеру, обедала заварной лапшой с сарделькой. Нет, ну как обедала, так, промеж дел заглатывала. Иногда с яичком. Небольшим таким, перепелиным. Иногда, по ситуации, не сардельку, а сосиску там, или шпикачку какую. Колбаску там… охотничью. Но в сопровождении лапши – обязательно. Потому что лапша для Кати была тем, от чего вечно голодные бабочки в её животе самодовольно засыпали, а под ложечкой до вечера сосать переставало…

В самой лапше особого разбора Катя не делала.

Единственное, что «со вкусом курицы» отвергала напрочь, впрочем, как и куриные яйца в качестве основного блюда к ней. Во-первых, в рот целиком не помещались, во-вторых, рождена Катя была в Год Петуха, хотя для неё, как для девочки, правильнее было бы сказать: в Год Курицы. Своих она предпочитала не есть. «Ну не каннибалка же я, в конце концов!» – если что, оправдывалась она и до яиц свой ежедневный рацион старалась не низводить.

А когда все дела по работе, конечно, не сами по себе, но всё-таки рассасывались, наступал вечер, и Катя шла в клуб, где вместе с такими же Катями, как она, посасывала коктейли, не чуралась смузи и иногда, когда становилось совсем уже невмоготу, принимала на грудь. От смузи и коктейлей бабочки тоже более-менее утихомиривались, но не так, как от лапши. Лапши ей явно не хватало. Поэтому, приходя после клуба домой, Катя первым делом распускала лапшу. Себе и сама. После садилась у окна и с задумчивым видом потребляла.

В постель потом ложилась споро и быстро, завтра ей было необходимо вновь идти на работу, где между дел её ждал обед в виде сардельки, сопровождаемой новой порцией столь необходимой для её жизни лапшички.

Пусть даже и без мясного, с колбасными изделиями всякое может случиться, но с ляшкой – обязательно! Потому что без топинга, такая девушка, как Катя, прожить себе вполне может, а вот без щедро приправленной остреньким загогулистой лапшички – ну нет и никак.

Что поделаешь, Катя – романтичная натура!

Как-то раз в воскресенье Катя лежала на диване и смотрела телевизор. На экране умненькие дяденьки учили тупеньких тётенек, как тем нужно быть женщинами. Хрупкими, нежными и чьими-то. Время Кате девать было некуда, а потому она молча внимала и от неимения большего посасывала чупа-чупс. Сам Больший в клуб мог завалиться только к вечеру, а потому времени у неё были вагон и маленькая тележка.