Нерадивая дочь

 – Я всегда старалась научить ее хорошо готовить, печь пироги, но она не проявляла к этому ни малейшего интереса.

– Две хозяйки на кухне – это не самый удачный вариант, – авторитетно заявил Эдик. – Лучше одна, но хорошая, а ты, мамочка, у нас самая лучшая. Но вот торты я предпочитаю Ликины, не обижайся только.

Елизавета Тимофеевна слегка пожала плечами и одобрительно глянула на невестку. Та улыбнулась ей в ответ и тихонечко проговорила:

– Не обращайте на него внимания. Льстец, каких мало, сладкоежка к тому же.

И все, казалось, было хорошо и по-домашнему. Приятная атмосфера, вкусная еда, крахмальная скатерть, свечи в канделябрах, красивые шторы на окнах, мама, брат, все такие улыбчивые, красивые, но на душе все равно скверно. Татьяна тихонечко поднялась и вышла из-за стола. Она подошла к огромному трюмо в прихожей и взглянула на свое отражение в зеркале.

Тут же в ее воображении возникла Лика, ухоженная, душистая, чистенькая, в элегантном, обтягивающем ее красивую фигурку платье небесно-голубого цвета, счастливая и улыбающаяся, с ямочками на щеках.

А она, Татьяна, выглядела на этом фоне весьма плачевно. Кожа на лице имела сероватый оттенок, под глазами синие круги, едва заметные, но все же некрасивые. Губы сухие совсем. Волосы лежат как попало, руки грубые, ногти поломаны. А у Лики первоклассный маникюр с густым темно-бордовым перламутром.

– Господи, как же из всего этого выбираться? – тихо проговорила Татьяна, и в глазах снова блеснули слезы.

– Таня, ты куда запропастилась? – услышала она голос брата.

 – Иди сюда. Мы с мамой обговариваем твой переезд к нам.

Эдик отодвинул массивную бархатную штору, отделяющую прихожую от гостиной, и предстал перед Татьяной, рослый, фактурный, во всей своей красе. Она взглянула на брата, улыбнулась ему через силу и снова вернулась к столу.

– Итак, мы с Ликой посовещались и решили, что ты лучше поживешь у нас первое время, да, мама? Ты ведь не против?

– Ну пусть Татьяна сама решает.

У меня есть свободная спальня, но ты же сказал, что Лике нужна помощница по дому. А я и сама неплохо справляюсь.

– Ну вот и решили. Сегодня она переночует здесь. Завтра с утра за ней заедет Лика, и они отправятся по своим женским делам: маникюры, педикюры, бутики. А после обеда вернутся к нам. Идет?

На том и порешили. Татьяна в разговор не вступала, как будто речь идет не о ней. Она лишь согласно покивала и тихо произнесла какие-то слова благодарности.