История села Мотовилово. Тетрадь 9 (1926 г.)

– Эх, чай, и вина, и закуски много вышло? – сочувственно и с удивлением обратилась Анна к Любовии Савельевой.

– Как гору с плеч свалили! – облегчённо ответила Любовь и продолжала, – Зато всё выпили, даже капельки не осталось! – с нескрываемой гордостью объясняла она бабам-соседкам.

– Делала я к свадьбе настойку, самогонку настояла на сушёной вишне, так и ту выпили. И догораздило меня вишню из-под настойки вывалить на дворе, подскочили куры, всю вишню склевали и опьянели.

– То-то я гляжу ваш петух, видимо, с пьяных-то глаз за нашими курами всё гонялся, – с довольной улыбкой проговорила Дарья.

– Про петуха я ничего не могу сказать, а вот куры, не знай с этого, не знай ещё с чего, снова занеслись, а то было совсем нестись перестали, – осведомила баб Любовь о несучести своих кур.

– А сколько у вас кур-то? – спросила Анна.

– Двенадцать старых, да вон клушка с пятнадцатью цыплятами ходит, – ответила Любовь, кивком головы указывая на заботливо квахтающую наседку, которая, стараясь удерживать цыплят около себя, опасливо озиралась вокруг и беспрестанно громко квахтала, предостерегала своих резвящихся жёлтеньких цыплят-малышей.

– Всё же удивительно, как стали коров в лесу пасти, так коровы раздоились, молока прибавили, моя Ждашка вечер с полдюжины надоила, а уж вот-вот её запускать надо – скоро отелится, – проговорила Любовь перед бабами.

– Так это она у вас на издои, а какая вымистая, – с удивлением высказалась Дарья.

– Она у меня ведёрница, – с гордостью в голосе заметила Любовь.

 – Как отелится – по ведру молока надаивает и не подолгу меж молок ходит. Я уж её запускать собираюсь, она скоро отелится – телёнок уж высоко и в бока толкается.

– А ты сама умеешь коров щупать-то? – поинтересовалась Дарья.

– Да тут и щупать нечего, он сам о себе напоминает. Вечер села я коровушку доить, головой к боку прильнула, а он как толкнёт меня в голову-то – я инда вздрогнула.

– А наша, видно, зубы ронит – ест плохо, ещё середь великого поста отелилась.

В Пасху-то мы разговлялись с молоком, его было вдоволь, а мясо-то у нас в диковинку. Надеялись на телёнка, думали, его заколим, а он хоть бы был телёнок как телёнок, а то какой-то замухрыстик задристанный, доброго слова не стоит, – критично о своём телёнке высказалась Дарья.

– А мы кажонный год по две свиньи выращиваем, так что мясо без переводу едим, – как бы подзадоривая и раздражая Дарью, высказалась Любовь Михайловна.