Люди идут по дороге

Прочь иду – прямо в даль светлую, где уроды снуют толпами.

Пусть верёвки, шнурки с нитками из меня впопыхах вьют,

Пусть душа на ветру скорчилась, только б знать, где свои, только бы

Свет в окне увидав издали, в дом войти, где тебя ждут…

    1984

«Меня советский строй, как молот стопудовый…»

Меня советский строй, как молот стопудовый,

Утюжил, прессовал – хитёр, жесток, лукав,

А я крутил любовь с Лариской Комаровой —

Брюнеткой пышных форм, шалавой из шалав.

Я лирик. Это факт. Я пел стрезва и спьяну,

Мол, солнце ты моё, звенящая заря!

И подвиг трудовой мне был по барабану,

А светлый путь страны – вообще до фонаря.

В ударники труда я не прошёл по списку,

Точнее, всё проспал – я рано поутру

Лариске доставал из фантика ириску —

С похмелья, под сосной, в Серебряном Бору.

Стихи про мавзолей, про Ленинские Горки

У сверстников моих крутились в голове,

А я привержен был к портвейну «три семёрки»,

«Алжирское» лакал за рубль двадцать две!

Я в тему не вошёл, в чем фишка Первомая,

И что там учудил диктатор Пиночет.

С Лариской под луной в беседке выпивая,

Я так и не узнал, за нас он или нет.

Какие кренделя, какие я коленца

Выделывал тогда, я даже не пришёл

На общий сбор – клеймить врага и отщепенца, —

Того, в больших очках, что бомбу изобрёл.

Они там с бодуна жужжали, словно мухи,

Родной рабочий класс с трибуны горло драл,

А я в тот самый час за столиком в пивнухе

Амура со стрелой Лариске рисовал.

Я слушать не хотел комсорга-балабола —

Кто любит, тот уже не полный идиот!

Я Пушкина читать пытался для прикола,

Не ясно ни черта, но за душу берёт!

Да-да, иных уж нет. Санёк, дружище, где ты?

Ты кто? Ты наше всё! Теперь иной расклад —

Властители умов – советские поэты —

За бабки по щелчку с восторгом шестерят!

Ну ладно, пошумят, и всё, и в Лету канут,

А я, хоть не Шекспир, но тоже рифмовал —

Для храбрости махнув с соседом по стакану,

Лариске день и ночь сонеты вслух читал!

Она простила мне отдельные изъяны,

Мол, вижу, вот те крест, души твоей разбег,

Не все вокруг меня козлы и обезъяны,

Я знаю: есть один нормальный человек!

Её комсорг увел.

А мне в строю стоять – ей-Богу, западло!

Я выпил. Я люблю.