Нет никого лучше тебя. Пять петербургских поэтов о любви

«я должен кого-то любить…»

я должен кого-то любить,

я без любви не могу

ничего, даже малости, даже ручья.

ни слезинки, ни вдоха.

только порох мгновений

струится, как дым,

наша бедная духом эпоха —

вроде чертополоха под ним.

ни читать, ни писать,

только выжать строку из ручья,

вот создать бы ручей,

я бы горя не знал на его берегу,

а теперь я ничей,

все время куда-то бегу,

все стремлюсь и пытаюсь,

и нет мне покоя и воли…

«Если завтра рак или гангрена…»

Если завтра рак или гангрена,

Все останется, как было, в мире этом:

Все полотна, что живут нетленно,

Все поэты в прошлом или где-то.

Все стихи, что блоки написали,

Кузнецовские сухие степи,

Кони рыцарские в эрмитажном зале

И внезапно выросшие дети.

Только нас не будет под луною…

Совершив свой путь крестообразно,

Мы сольемся с бурною рекою

Или с приглашением на казни…

Мы проскачем по полям незримо,

Белых туч коснемся так легко мы,

Будто стали словно херувимы,

Словно с самим Боженькой знакомы…

«Мне так печально в этот вечер…»

Мне так печально в этот вечер

И одиноко под дождем…

Один футбол – но он не лечит,

Нет никакого толка в нем.

А ты… ты так недостижима,

Ты так надежно далека,

Как напряженная пружина

Внутри взведенного курка.

Ты так, как звезды надо мною,

Ты как далекий темный лес,

Что так тоскливо воет-воет

Про то, что я остался без…

Я без… Я за! Я за! Но только

Один лишь лес вдали шумит,

Как будто в нем княгиня Ольга

За мужа мстит, и мстит, и мстит…

«еще одна неделя…»

еще одна неделя

прошла и больше нету

ни лета не летели

пушинки с парапета

нигде мне не приснится

родимый чудный город

сверкает на реснице

сверкает скоро сорок

сверкает как рубином

сверкает не прольется

встречает рано утром

и нет не улыбнется

нисколько не осудит

нисколько ни пригреет

лишь косточки на блюде

и темный шум аллеи

«Ко всему привыкаешь в тарелке трамвайной…»

Ко всему привыкаешь в тарелке трамвайной,

Переменчивый ветер проведет по плечу

И уносится прочь, как незримый, случайный

Поцелуй невзначай, налету, навесу.

Здесь сечение дней так похоже на осень,

Здесь всегда сорок лет, и туман, и туман

В поле тает так медленно, словно бы просит

Просит, тает и тает, как белый туман.