За что? Сборник рассказов

Казалось, их взяли в кольцо и обстреливали со всех горных вершин одновременно. Примерно через час всё закончилось – у ребят просто не осталось патронов, чтобы отстреливаться дальше.

В последний момент гранатометный осколок больно обжег Вовке ногу, и он вместе с двенадцатью ребятами попал в плен.

ПИСЬМА

По дороге к горному аулу трое Вовкиных сослуживцев попытались бежать, но их тут же поймали и зарезали на глазах у остальных.

На допросы водили по очереди, требовали, чтобы ребята на камеру просили родных выкупить их.

Кто-то соглашался конечно. Жить-то всем хочется. А Вовке кого просить? Ну не детский же дом? Мысли обращаться с просьбой к жене даже не возникало. В глазах Аришки Вовка всегда был сильным. Смелым. Настоящим защитником. Разве можно было допустить, чтобы любимая разуверилась в нём?

Держали двое, третий пытал. Изощренные избиения продолжались не один час, духи выдирали ногти, требуя повиновения. В какой-то момент от нестерпимой боли Вовка отключился совсем.

А когда очнулся, ощутил во рту прочно всаженный в плоть гвоздь, заточенный с двух сторон. Одним острием он упирался в нёбо, а другой в нижнюю челюсть.

Вновь последовала угроза-предупреждение:

– Сейчас мы тебе зубы драть будем!

Сил сопротивляться не было, но Вовка упрямо стонал:

– Не буду писать… я сказал, не буду…

Тогда те, которые держали, силком потащили его на двор и заставили смотреть, как режут других и снова требовали, чтобы он написал родным, а затем начали ломать пальцы на руках и ногах, угрожали зарезать.

Когда первый раз ударили прикладом по ноге, Вовка закатил от боли глаза, но только мычал. Ни единой слезинки не выкатилось из его глаз – он знал, что мучителей разжалобить не получится. Они наслаждались своей властью и силой над безоружным.

***

Спустя годы Вовка по-прежнему видит сны о Чечне. Просыпается от ужаса, что вокруг течет кровь рекой, а его вновь и вновь принуждают писать послание на Родину.

***

Наверное, тогда можно было схитрить и записать на камеру просьбу родным. А потом назвать совершенно посторонний адрес, чтобы письмо никогда не достигло адресата – таким образом получилось бы выиграть время и избавиться от истязаний. Тех, кто выполнил требование чеченцев – оставляли на время в покое.

Но Вовке было чуть меньше двадцати, и хитрить и изворачиваться было не в его натуре.