Бунт патриотов. К барьеру, полковник!

– Скажи, капитан, прапорщику, пусть возьмет из обезьянника пару крепких ребят и вытащит его отсюда. Потом всех задержанных загрузит в наш автобус и отвезет в Атамановку. Высадит у рынка. Там они сами разберутся, кому куда.

– Организуем, товарищ майор.

– И еще. В обезьяннике на топчане будет мальчишка ночевать. Выдели ему матрас, подушку и одеяло.

– А бельё?

– Для белья его в бане отмыть надо…

Суслов вышел из здания. Купил в магазинчике круг колбасы, батон и пепси-колу.

Вернулся в свой кабинет.

Фарид и Гоша играли в шашки. Он положил пакет на стол.

– Твой ужин, Гоша. Постель тебе готова. Фарид, проводи нашего юного помощника и скажи дежурному, пусть проследит, чтобы не сбежал.

– Не сбегу, – заверил Гоша. – Я же деньги взял.

– Разбужу тебя в шесть тридцать утра…

2.

Выехали, едва рассвело на Газели, замаскированной под маршрутное такси. За рулем Суслов, рядом Фарид, сзади проводник Гоша. Три оперативника на сиденьях.

– Вон его дом, – сказал Гоша. – Высадите меня здесь.

– Ты куда сейчас? – спросил майор, остановив машину.

– В берлогу, потом на рынок.

– Постель не покупай. Подарю тебе постель. Куда тебе ее привезти в четыре часа?

– К воротам рынка. Ждать буду.

Гоша рысью побежал в обратном направлении, а они двинулись к дому пешим порядком. Калитка была закрыта. Забор из частокола оказался хлипким, и одна из секций рухнула от небольшого давления. Во дворе под навесом из брезента стоял джип. Окна дома выходили на улицу и во двор. Подле них майор поставил оперативников.

Вместо крыльца у двери лежал широкий настил из досок. Фарид с разбега саданул в дверь плечом. Она слетела с петель и повисла на замке. Ворвались в сени, оттуда в комнату. На шум с кровати шустро вскочил, в чем мать родила, низкорослый крепыш. Косанул взглядом на нежданных визитеров с пушками и сник.

– Подними ручки, Рашпиль, – сказал майор. – А ты, Фарид, осмотри дом, вдруг еще кого обнаружишь.

Он приподнял подушку Рашпиля, ствола не было. На второй подушке торчала всклокоченная голова блондинки.

Простыню она натянула до подбородка.

– Вы тоже вставайте, гражданка.

– Я нагишом, – пискнула та.

– Нас ваши прелести не интересуют.

Появился Фарид и доложил, что в доме никого нет.

– Прощупай одежду Рашпиля, – велел ему майор.

Блондинка между тем оделась и, похоже, пришла в себя. Даже причесалась и нацепила на уши висюльки. На ней была легкая бежевая шубка, ноги обтягивали такого же цвета кожаные сапожки.