Бунт патриотов. К барьеру, полковник!

У меня просьба к тебе, Сержант, забери Соню в машину, в которой поедешь отсюда. А я пока должок стребую со Шварцмана.

– Маску не снимай и голос не подавай.

– Сам знаю, – и ушел.

– Одевайся, Соня, – сказал Фёдор, – я пока с доктором пообщаюсь…

Доктор сидел на полу, пристегнутый к ножке кровати. Лицо его было в кровоподтеках. Моня развалился на диване. Кудряш копошился в распахнутом сейфе.

– Четыреста тысяч баксов, – объявил он.

– В детдом, – распорядился Фёдор. Тронул Моню за плечо. – Иди к своей красавице.

Верхней одежды у нее нет. Заверни в одеяло и неси в машину.

– Зачем одеяло? – снял с вешалки дубленку хозяина и его шапку. Прихватил валенки. Прежде, чем отправиться за красавицей, вышел во двор и закинул валенки на крышу.

Фёдор сел рядом с доктором. Тот поднял на него глаза.

– Колись, гнида. Адрес Карпинского?

– Не знаю.

– Как вы с ним связывались?

– По телефону.

Десантник подал Фёдору телефон. Он просмотрел адреса. Они были зашифрованы.

– Номер Карпинского?

– Буква А с плюсом.

Он просмотрел номер. Проверить возможности не было.

– Как связывались с покупателями?

– Этим занимался бармен Красиков.

Фёдор понял, что больше из Шварцмана ничего не вытянуть.

– Уходим, – сказал.

Автомобили с включенными моторами выстроились в колонну. Впереди джип, на заднем сидении две пары – Моня с Соней и Николай с Мариной. За джипом Газель с девчатами без водителя. Фёдор сказал десантнику:

– Тебе девчат развозить. Подберешь у КПП охранников.

Замыкала колонну Тойота доктора с Птахом за рулем. Сам Фёдор забрался в джип.

– Пересаживайся, Моня, за руль. Так надо.

Друг не решился возразить и с неохотой занял место рулевого.

Колонна тронулась. Охранники у распахнутых ворот были в готовности. Фёдор приоткрыл дверцу.

– Грузитесь в Газель.

Те присоединились к девчатам.

Соня дремала, закутавшись в великоватую для нее дубленку. Николай и Марина негромко разговаривали.

– Не поеду я к вам, – проговорила она.

 – Испоганили меня.

– Ты не виновата. Не отказывайся.

Ненадолго она смолкла. Затем неуверенно спросила:

– А твои родители, как они отнесутся?

– Нормально.

– Нет, Коленька, – и заплакала.

Небо между тем нахмурилось. Звезды спрятались за облаками, обещающими снегопад. Замаячил прожектор у клуба. Фёдор сказал Славке:

– Если охранник у ворот возникнет, притормози. Я выйду, успокою его.

Успокаивать стража в тулупе не пришлось.