Слабые люди

за голову, больно сдавив ее,– А любовь? Ты действительно любишь ту женщину? А жену что– тоже? Тут еще веселее, не так ли? Еще бы– две женщины, которым ты нисколечко не отвратителен, но, наоборот, очень даже притягателен даже несмотря на твой возраст? Круто, наверно, быть с женщиной, которой не нужно платить, да? А еще лучше, когда вы любите друг друга. Любовь прекрасна, доктор, а ты к ней вплотную, даже когда сидишь в полном одиночестве в своем кабинете, потому что устал ото всех, устал от всех своих развлечений, устал быть в центре внимания и просто хочешь посидеть в тишине! А я? Я стою даже не на обочине и не могу подобрать объедки, которые остаются после всех вас! И остаюсь ни с чем! Мне мало того, что я имею, я хочу большего, но в силу своего уродства я не подхожу ни тебе, ни кому-либо другому! Я изгой, лишняя деталь в ваших чертовых часовых механизмах! – и несдержанные оскалом слезы брызнули из его глаз.

–Успокойся, Сережа, не все так худо, как ты говоришь. – "Что же ты, дурак старый, несешь?! Придумай, как затащить его в больницу!"– Ты малость не в себе, но все хорошо– нет ничего, чего нельзя поправить!.

. Я понимаю, что мир, в который ты так хотел попасть, не пустил тебя, и так же понимаю все то, что ты испытываешь– действительно нелегко быть в стороне ото всех, это чистая правда! Позволь мне помочь тебе. Не против, если мы с тобой съездим ненадолго в лечебницу, пройдем пару тестов, а потом просто поговорим обо всем?– "Он на взводе, будь осторожнее."

–О, нет-нет-нет-не-е-ет!– запротестовал Сергей,– Обратно я ни ногой! Ты не заставишь меня!

–Ну разумеется, никто не принуждает тебя ехать со мной, я просто прошу тебя…– "Думай, Витя, думай!"– Я хотел попросить тебя, как друг, потому что я очень за тебя волнуюсь.

Поверь мне– я не отношусь к тебе так, как ты это себе представлял. Признаю, что намерения по отношению к тебе у меня отчасти действительно были честолюбивые– мне хотелось добиться успеха там, где потерпели поражение другие. Но так же мне хотелось дать тебе шанс на лучшее будущее, приложить руку к твоему выздоровлению. Просто… помочь тебе. – "Он задумался! А теперь медленно приблизься к нему…"

Но, едва Виктор сделал шаг, Сергей посмотрел на него так же, как на любого другого человека, проявившего враждебность.

–Ты мне не друг, не ври!

Надо был заканчивать поскорее– неустойчивая психика вот-вот толкнет его на что-то непоправимое! Сумароков понял, что теряет пациента, теряет свои труды, на которые были положены годы.