Круговорот времен

Со времени своей постройки в начале XIX века церковь эта никогда не закрывалась, даже в советские времена, когда большинство московских храмов были разрушены или закрыты и превращены в склады, мастерские, кинотеатры.

Этот храм принял Степаниду в состав своего хора на многие годы. Она служила там до глубокой старости. У кладбищенских могил вместе со священником в два голоса отпевала усопших. Такое служение требовало не только эмоционального напряжения, но и физических сил.

Степаниде Бог дал долгий срок жизни: не за горами был ее столетний юбилей.

Она стала слабой и немощной, ей требовались постоянные заботы близких людей, но старая женщина не потеряла разум.

Иногда, как и в прошлое воскресенье, Степанида отваживалась доехать на троллейбусе без пересадок до улицы Якиманка. Сойдя на остановке у французского посольства, переходила на противоположную сторону и оказывалась в чудесном старинном храме Иоанна Воина. Когда жизненные силы ее истощились, она стала прихожанкой именно этой церкви.

Дальнюю дорогу до Ваганьковского кладбища она давно уже не могла осилить.

Храм Иоанна Воина тоже не закрывался в советские времена, но из него были конфискованы все ценности, включая церковную утварь. Зато взамен из уничтожаемых московских церквей сюда свозились и здесь хранились на протяжении многих лет христианские святыни: икона праведных Иокима и Анны из храма, давшего название улице Якиманке; икона святого Василия Блаженного из храма его имени на Красной площади.

Здесь были мощи и икона святой великомученицы Варвары, их привезли сюда из закрытой церкви с улицы Варварка, слава Богу, церковь цела и сейчас, и теперь в ней проходят службы. Здесь хранились иконы Всемилостивого Спаса Смоленского и святителя Николая Чудотворца, находившиеся ранее в часовнях, стоявших у Спасских ворот Московского Кремля, – эти часовни тоже были разрушены. А прекрасный резной золоченый иконостас был перенесен сюда из церкви Трех святителей у Красных ворот, которую сравняли с лицом земли в годы богоборчества, и он по сей день находится там.

Войдя в храм, Степанида обходила все эти святыни, молилась, припадая к ним, любовалась на потрясающе красивый иконостас и садилась на лавочку у стены, тихонько подпевая церковному хору. Подходила к исповеди и причастию она всегда самой последней. Знакомый пожилой священник, заканчивая службу, неизменно с доброй улыбкой дарил ей большую просфору.