Клад

Песнь о кончине Чингисхана (1227 г.)

Невысокого роста, за семь десятков лет,

С неуклюжими ухватками, как медведь,

Лежит краснобородый на земле атлет,

На охоте кто-то сломал ему хребет.

Образами в памяти вся жизнь мелькает,

Летят последние секунды, жизнь тает.

Вспомнил, как у ног его весь мир валялся,

А монгол над униженными смеялся.

Как завоевывал Сибирь и Туркестан,

Грузию, Иран, Китай и Афганистан.

Жесточайшую битву на реке Калке,

Как был разбит в Болгарии Волжско-Камской.

Хан на локоть поднялся, вновь упал на бок,

Лишь правый смотрит глаз зловещей желтизной.

Он внуку Бату последний дает урок –

Ложась в дубовый гроб с обшивкой золотой.

Следы татар дожди смыли,

А раздоры не уплыли.

Мятежи и восстания,

Крамолы, совещания.

А татары уже в Рязани,

Крики победы в их стане.

Пришла огромная беда,

Пали многие города.

Песнь о защите Козельска (1237 г.)

И стал хан Батый у города Козельска,

Хотел добавить к своим победам блеска.

Правил городом молодой князь Василий,

Сдаться татары город и не просили.

Характер у горожан крепко-душевный,

С ними были жесткие отношения.

Так как жители Козельска не сдавались,

Даже младенцы злым врагом истреблялись.

Татары разбили стены, взошли на вал,

И стало ясно – легкой победы провал.

Защитники резались с ними ножами,

Погибли все, но от врага не бежали.

Говорят, князь Василий в крови утонул,

Ведь Батый с победой пятьдесят дней тянул.

И побито четыре тысячи врагов,

Там же не осталось и русских животов.

Стал Козельск у татар злым городом зваться,

А Батый назад на Восток пробираться.

Воевод же своих на Запад посылал,

Городов взято без числа, и Киев пал.

Песнь о битве на поле Куликовом (8 сентября 1380 г.)

Прошли страшные жестокие времена,

И гибель степного зверя предрешена.

В жесточайший период ордынских ханов

В гордой Москве свобода заполыхала.

Рвущий душу плач русских матерей и жен

В древнейших небольших былинах отражен.

Плач тот боевые трубы заглушили,

Сражаться за независимость решили.

За полтораста лет степняки забыли,

Где, в каком названии их предки были.

Исправно брали дань, в своем Москва – улус,

Им сотни лет оставался русский раб-рус.

Пока Золотой Орды главный хан Мамай

С семисот двадцати народов дань взымал,

Русь непокорная вперед к победе шла,

Монголу в сладкие гаремы крах вела.