Вокруг Самотлора и другие рассказы

Кстати, я тебе их подарю. Дома сам поменяешь и забудешь надолго о проблеме, – очень толково объяснил он.

– Конечно, знаю, – с достоинством знатока согласился я.

Продавец был мил и предупредителен. Со знанием дела и быстро помог оформить все документы. Вечером поехали к нему домой обмывать покупку уже с транзитными номерами. Подозреваю, читатель ждет подвоха? Нет, тогда я видел только радость. И утром следующего дня мы расстались довольные друг другом, за чертой города на фоне указателя "Москва – прямо".

Мы не ехали, а летели на крыльях счастья, еще не вполне веря, что происходящее – реальность. Впереди нас ждал длинный путь до Ростова и, следовательно, много новых и приятных впечатлений! И эта радость свободного движения, верилось, будет отныне постоянной. Душа моя пела еще и от гордости: вот и я обрел почетный статус автособственника.

Бесценный опыт

Хотя я и пребывал в эйфории, у меня все-таки достало ума заметить, что температура охлаждающей жидкости угрожающе повышается, хватило соображения вынуть щуп.

И о ужас, уровень масла близок к нулю! Дальнейший путь занял много времени. Примерно каждые сто километров надо было доливать масло, и не только доливать, но добывать его. Бывшие жигулятники помнят знаменитое масло "М8–10 г", существовавшее теоретически; практики посоветовали лить «камазовское», но и это оказалось трудной задачей.

И вот нас уже перестали интересовать красоты Валдайской возвышенности, теперь мы высматривали, где только можно, КамАЗы.

Одни шоферы давали масло даром, другие продавали, а некоторые «посылали» меня вместе с канистрой…

Словом, когда на четвертые сутки мы добрались до дома, моя эйфория несколько поубавилась. Но все же я не сильно расстраивался: есть друг Саша, механик от бога, с золотыми руками, и он, конечно, мне поможет.

Однако вердикт Саши по итогам осмотра моего драгоценного приобретения ошеломил. "Старик, – сказал он, – ты имеешь ужасную развалюху, пробег у нее огромный, требуется капремонт.

Я напишу тебе список, если хочешь, по двигателю и ходовой, но лучше всего продай эту машину сразу. Хотя такую убитую, вряд ли…"

Продать жигуленка для меня значило предать исполнившуюся голубую мечту. Это было выше моих сил, и, заручившись обещанием Саши помочь, я отважился на капремонт. Большая пачка денег на глазах похудела, но все же ее хватило и на ремонт, и на оставшиеся шестьдесят дней отпуска.