Любовь зла. Криминальная драма

Дарья сама себя лишила возможности вернуться домой, упасть на колени перед родителями: всё её «побрякушки» были заложены – остался только маленький перстенёк, доставшийся ей от прабабушки Софьи Викентьевны, урождённой Голицыной. Появляться пред очами отца без его подарка было равносильно явлению перед позорным столбом.

Дело, которое замутил Никита, мало-помалу сдвинулось с места, хотя проблем всё ещё было много. Средств катастрофически не хватало, к тому же «безрукая» Дарья тянула всё мероприятие на дно. Голова у неё работала хорошо, ведь она закончила экономический факультет в «универе», но руки, как выражался Никита, росли из заднего места.

Скандалили они почти каждый день. Дело доходило чуть ли не до драки, пока, наконец, Дарья худо-бедно начала справляться с хозяйством. Однако, время от времени у неё что-то убегало, подгорало, ломалось и рвалось.

Никите так хотелось порой настучать ей «по балде», но маячившие впереди миллионы её родителей, остужали его порыв. К тому же Дарью спасала её «миловидная мордашка» и интеллигентное обращение с клиентами – с теми, кто это обращение понимал.

Таких было не так много. Даже женщины из местного «высшего общества», приезжающие на заимку на сбор грибов и ягод, были не столь образованы и воспитаны, как «кухарка», которая обихаживала их, и это не вызывало у них ничего иного, кроме неприятия.

За всё время, пока Дарья жила в этом удивительном крае, только три человека поняли её и оценили: лекарка Мария, которая раз в две недели приезжала за лекарственными травами, растущими в этих краях; Дмитрий Иванович Скворцов – зам прокурора Энского района и Павел Петрович Мерегин – бывший военный, подполковник в отставке, ныне заслуженный пенсионер.

– Голуба-душа, – удивился подполковник, впервые увидев Дашу на заимке. – Как же вы попали в эту глушь несусветную? Вам бы, Дарья Владимировна, по подиумам ходить, да в кино барышень тургеневских играть, а не у плиты стоять!

– По большой любви попала, Павел Петрович, – призналась Даша.

– К этому что ли? – указал глазами на Никиту бывший военный.

Дарья в ответ только опустила глаза.

– Да уж, – с горечью выдохнул статный пенсионер, – попали вы, голубушка, как кур во щи.

Наблюдая за тем, как к ней относится Никита, как смотрит на неё, разговаривает, позволяет на её счёт нелицеприятные, даже грубые, слова и эпитеты, Павел Петрович однажды спросил:

– Может чем помочь, Дарья Владимировна? У меня есть такая возможность.