Небо на троих (сборник)

Чистить его, конечно, дело бесполезное, вроде немного оттёр, даже какой-никакой блеск будто бы проявился снаружи, но – вскипятил в нём воду разок, и снова он тёмный, закопчённый, неприглядный.

Однако Валентина Сергеевна чистит. Сначала снаружи содой оттирает, потом кипятит с яблочными шкурками, при этом накипь внутри от стенок кусками отваливается. Потом сливает воду, ополаскивает чайник, и снова трёт его снаружи содой. И так – изо дня в день.

Дочь постоянно Валентину Сергеевну за это упрекает, – Чего ты, мам, трёшь старьё это.

Давно выбросить пора! Гляди, уж скоро дыры прошоркаешь. Есть же новый чайник, электрический, мы ж тебе его на день рождения и подарили… Зачем тебе этот-то!?

– Да привыкла я к нему как-то…

Дочь не понимает, молчит. А ей действительно жалко, этот чайник – родительский, она его ещё из Чапаевска с собой привезла, когда сюда после техникума по распределению приехала.

Частенько вспоминает Валентина Сергеевна, как техникум окончили, как гуляли с подругами, с парнями-сокурсниками вдоль берега реки, окончание отмечали.

Вина немного выпили, не без того, как-никак взрослые уже – дипломированные специалисты!

Валя тогда во второй раз в своей жизни вино попробовала, первый – на Новый год родители ей шампанского налили немного, так тогда она даже не поняла.

А тут – дипломы! Никто их не контролировал, и она как-то быстро захмелела. Голова приятно кружилась, язык смешно заплетался, говорила много, правда, то и дело перескакивала с одного на другое. О том говорила, что теперь новая самостоятельная жизнь у них начинается, как это здорово… скоро она в Сибирь поедет на строительство нового химического комбината, сама на распределении напросилась…

С Сашей помнит, как целовалась, это с тем мальчиком, что в техникуме дружила.

Только вот он её решение не одобрил тогда, насчёт Сибири. Как-то так неопределённо расстались: не чужие, но и не друзья. Она в Сибирь поехала, а он в Москву – дальше учиться.

Дома, когда родители её собирали, ворчали сильно, но у неё-то самостоятельность уже в голове взыграла, – Пап, мам, ну что вы меня как маленькую обхаживаете! Сама всё и соберу!

Впрочем, со стороны родителей возражения категорически не принимались.

Отец её, Сергей Гаврилович мужик был правильный, старых, домостроевских устоев, – Ишь, са-а-ми… с усами… Ну-ка, дочь, не перечь родителям! Чай не чужу девку, дочь родную в дальние края собираем. В Сиби-ирь… Поехала – не спросилась, теперича терпи, будь добра… А то – са-ами!..